Книга (не) Сладкая жизнь для попаданки, страница 57 – Анна Митро

— Язык у вас заколдованный и гадкий, — фыркнула я. — Ерунду несете! И клевещите к тому же. Во-первых, с чего бы нам всем знать, что вы не в собственном дворе на грабли наступили и так себя украсили, — по базару прокатились смешки. — А во-вторых, даже если это случилось возле моего дома, значит еще до того, как я забор починила… А я тогда у бабы Доки жила и, к сожалению, не могу понять, что вы у моего дома делали. Ведь явно ж мое отсутствие, раз я вас там не видела. О! То есть вы ходили к моей собственности ночью? Ну так нечего ночами по чужим домам лазить, а то так с воришкой спутают и пристукнут. Чтобы неповадно было зариться на чужое имущество! — тетка краснела, люди уже откровенно ржали, а до нас, наконец, дошел тот, кого я так ждала.

Господин смотритель, как всегда одетый с иголочки и с немного снисходительным выражением лица, оглядел присутствующих. Кому-то даже приветственно кивнул. Люди, почувствовав, что спектакль движется к развязке, чуть рассредоточились, но следить за всеми нами не перестали. Вот что делает с народом отсутствие телевизора и интернета — любая свара может собрать всю общину в зрители.

— Я требую справедливости, господин инквизитор! — Полагина бросилась Бартошу в ноги. — Придайте ведьму суду!

— Встаньте, госпожа Протиус, — в голосе мужчины прозвучало столько брезгливости, что не услышать ее было не возможно, но Полашка умудрилась.Даже бровью не повела. — Госпожа Ельник, это же компот? Можете мне наполнить? Если есть несладкий… А я сейчас вернусь, — он протянул мне пузатую фляжку, на боку у которой болталась небольшая воронка. А сам указал в сторону моей обидчице. — О, а это что?

— Это? Лепешки… С вареньем. Вам с каким?

— Мне без варенья лучше, но парочку, — он улыбнулся и отошел, а мне вдруг стало обидно. Ведь пробовал же и сказал, что оно невероятно вкусное, так почему сейчас отказался?

Я аккуратно наливала компот во флягу, стараясь не пролить, но взгляд, как и у всех в радиусе пятидесяти метров, упрямо устремлялся на разговаривающих Полагину и Бартоша. Она что-то жалобно зудела, он же ее отчитывал. Очень строго, я даже сказала бы сурово. А потом по лицу Полашки пробежали растерянность и ярость, и она унеслась прочь с базара. Смотритель же вернулся ко мне.

— Держите, — пытаясь состряпать максимально невинное и не любопытное лицо я протянула ему флягу.

— Благодарю. И не волнуйтесь за госпожу Протиус. Она вас больше не побеспокоит, — он отхлебнул немного и откусил от лепешки. — Так вкусно. Я бы прикупил у вас баночку такого компота. Сможете сделать для меня? А я заеду к вам… Например, завтра после обеда?

— Да, конечно, — я от неожиданности согласилась сразу, без раздумий. С другой стороны, сама же хотела, чтобы не я за клиентами по базару бегала, а они ко мне приезжали.

После он торжественно вручил мне четыре медяка и с усмешкой пошел бродить по рядам. И с базара не ушел. Не то что бы я следила за ним, но нет-нет, его темная макушка мелькала среди покупателей и торгующих. Отвлекая меня, если честно, от работы. Впрочем, через час моя тачка радовала глаз пустой тарой, а кошелек — тяжестью, и я засобиралась домой. Попрощавшись с Лориной и другими, я не спеша прошла по нескольким прилавкам, забирая отложенную сметану, яйца и хлеб, а потом вывернула на улицу. Там меня догнал Бартош.