Книга Неженка и космодесант, страница 74 – Дина Дружинина

Взгляды всех четверых пересекаются в непередаваемой тишине, где звучит лишь стук наших сердец. И я не выдерживаю, бросаюсь к Шэору, порывисто обнимаю его за шею, прижимаюсь к груди. Из глаз катятся слезы такими потоками, что еще немного и его космоброня будет мокрой, хоть выжимай.

— Ты что, Лиля? Лиля… — он повторяет мое имя, сжимая меня в объятиях так крепко, что я не могу разобрать — это его или мое сердце хочет проломить мои ребра, что с такой силой гулко колотится об них. — Все будет хорошо, скоро увидимся!

Обещает он и с силой отрывает меня от себя. Отступает, неотрывно глядя в мои заплаканные глаза.

Ард, Рэй и я делаем шаг назад, поднимаем синхронно руку в прощальном жесте. Шэй отвечает тем же. Потом резко разворачивается и широкими шагами удаляется прочь. Видимо, для него это расставание тоже не из легких.

Это всего лишь короткое “до свидания”, но внутри каждого из нас тлеет страх, не превратится ли оно в “Прощай”.

Мы все молчим, раненые прощанием. Рэй обнимает меня за плечи, мягко разворачивает от лицезрения удаляющейся спины Шэора к стыковочному коридору.

— Мы справимся, все будет хорошо! — как всегда уверенным тоном заявляет Ард, словно приказ отдает. Берет меня за руку, мои пальцы тонут в его огромной горячей ладони.

Что бы не происходило, я чувствую себя в безопасности рядом с ними.

В груди разливается мягкими волнами тепло, расходится во все стороны. Могла ли я когда-нибудь представить, что такие видные и сильные мужчины будут меня называть избранной, стараться исполнить мои желания, спасать меня и так трогательно заботиться обо мне. Конечно, нет.

Но вот — они. И вот она — я.

И все это по-настоящему происходит со мной. Для счастья не хватает только самую малость. Перед глазами всплывают слова врача, произносящего мой приговор: «Ты не сможешь иметь детей».

Какая из меня кэйтра, если я не смогу дать потомство эмирийцу? Или всем троим, если дойдет до общего брака.

Да и не успели мы ничего обговорить всерьез! А они уже рискуют собой, разделяют свое трио из-за меня и проблем, которые я им принесла.

Неприятный вывод сам лезет в голову: «Я только ставлю их под угрозу! Если я не могу им подарить детей, зачем им рисковать, оберегая меня? Зачем им всем считать меня своей кейтрой?»

К щекам приливает румянец при одной только мысли об общем браке. Решительно встряхиваю головой, стараюсь выбросить ее из головы. Не к чему мечтать, нужно быть реалистом. И моя реальность сейчас такова, что я лишь только обуза для десантников. Не стоит им строить свои планы вокруг меня.

Странная решимость свербит внутри, подзуживает: хватит прятаться за спинами мужчин, пора и самой что-то сделать.

В душе поселяется темное сомнение: может быть, мне надо было лететь с Шэором и бартийцами? Разворачивается быстро в нить рассуждений: если бы я осталась на “Тарнисе”, я бы чувствовала себя в безопасности с Шэором, мы бы полетели к прокуратору, где я смогу лично объяснить, что ни в каком похищении не участвовала, меня саму похитили.

Другие братья пусть спокойно добираются до Эмирии, где Арду найдут энерго-донора. И где все они, возможно, очень скоро встретят свою настоящую правильную кейтру, которая сможет подарить им наследника.

Почему-то при этоймысли сердце сжимается и пропускает несколько ударов. Она словно оглушает меня, сбивает с ног.