Книга Звезда Теночтитлана, страница 95 – Анна Чайка

По обычаю, первыми отправились гонцы, а потом и мы двинулись в путь. Со мной Уанитль отправил сто своих лучших воинов. Личная гвардия принца, самые проверенные и преданные люди. Кроме того, около пятидесяти мужчин несли поклажу.

Путешествовали мы с большой пышностью, но редко останавливались в попадающихся по пути городах. Но это не мешало горожанам чествовать нас. Стоило только вступить в какой-нибудь город, как, казалось, на его улицы высыпали все жители, оглушая нас дикой музыкой. Под ноги воинам и носильщикам кидали лепестки георгинов и зерна амаранта.

Останавливались мы лишь на ночлег, в домах касиков. Каждый из которых пытался переплюнуть предшественника в гостеприимстве. Но лишь только над горизонтом начинало всходить солнце, караван был снова готоввпуть. Обычно, по утрам ждали только меня. Атли будила меня ни свет ни заря. Наверное, часов в пять. Быстрый завтрак и в путь.

Большую часть дня я ехала в паланкине. Ближе к вечеру ко мне присоединялся Чимальпопок, которого я с первого же дня сократила до просто Чима. И до вечера мы развлекались тем, что загадывали друг другу загадки или рассказывали сказки.

Чим оказался очень любознательным подростком. Знания он впитывал словно губка. Узнавая что-то интересное или необычное, он с таким восторгом распахивал свои ореховые глаза, которые до боли напоминали мне о другом принце — моем муже.

Уанитль… Каждый вечер очередной касик передавал мне запечатанное письмо от мужа, в котором он писал, как он меня любит и как я ему дорога. А еще в них часто были стихи о любви. Не знаю, сам ли муж их сочинял или воспользовался готовыми, но они невероятно грели душу. Ведь Уанитль не поленился и написал все эти письма заранее, чтобы отправить вместе с гонцами. И когда только успел? Гонцы же оставили их у тех вождей городов, где мы должны были остановиться, с приказом передать лично мне в руки. И я каждый вечер получала очередное признание в любви своего принца. И с упоением строчила ответ, чтобы утром их могли отправить с государственной почтой.

По мере нашего продвижения страна, как и ее обитатели, становилась все более дикой и прекрасной. Теперь мы двигались сквозь сосновые леса с островками дубовых рощ, зарослей красивого кустарника и папоротника. То и дело нам приходилосьпересекать полноводные бурные реки или пробираться по ущельям и горным проходам, с каждым часом поднимаясь все выше и выше. Здесь в горах природа напоминала мне Россию, только солнца было гораздо больше.

На исходе пятого дня ночевать мы остановились на берегу реки, что текла по дну глубокого ущелья. Сегодня нас должны были встретить горцы-отоми, но их все не было, что не придавало спокойствия, нашему отряду охранения. Командир отряда — суровый воин Науатль, приходивший моему мужу дальним родственником, не находил себе места. Нет, он сидел у костра с отстраненным видом и мало кто мог заметить, что он обеспокоен. Держать лицо ацтекские воины умели! Но по тому, как были сведены брови или по тому, что он сломал уже третий прутик, что время от времени сжимал в руке, можно было догадаться, что на душе у воина неспокойно.

Мы же с Чимом сидели у костра, играя в дорожные шахматы. Этот вариант со штырьками, чтобы фигурки не падали при тряске, я заказала давным-давно, еще когда делала подарки Папанцин и Монтесуме. Вчера, когда я уже не знала, чтобы еще рассказать любознательному мальчишке, вдруг вспомнила про шахматы.