Книга День, которого не было, страница 28 – Ольга Рог, Иван Бестужев

На кухне началось. Все, как Феликс учил. Крики поднялись и визги. Видать, Регинушка крепко держит разлучницу за волосья и таскает по полу. Сильная оказалась женщина,рукастая. А как хорошо она спинку мнет… М-м-м!

Толик всхрапнул громко и открыл глаза. На него сверху сначала упал торшер. Мужик заверещал матом, не стесняясь в выражениях. И это при дамах за стеной!

— Воры! Бандиты напали! — кричал, сильно всполошившись. Запутавшись в одеяле не сразу смог встать. А когда смог, то его одна нога обо что-то запнулась, и рухнул Толя на пол, сильно приложившись лбом. В полном отупении он тер вырастающую шишку на голове. Перед глазами двоились коты… которых отродясь в доме не было. У Толика была страшенная аллергия на шерсть.

— Апхчи! — дернулся всем телом мужик. Зажав нос, чтобы сильно не вдыхать заразу, Толя отползал подальше от источника своих проблем, не спуская с него глаз.

— Чего это он? — в комнату вошла Регина, грохнув дорожной сумкой об пол.

Феликс только лапами развел.

— Убери эту тварь! Убери-и-и! — ныл Толечка, обнимая худые волосатые ноги. Сопли свисали по подбородку. Глаза покраснели, и он их тер, продолжая скулить.

— Во-первых тварь здесь только одна, и зовут ее Толик. Во-вторых, муженек, я подаю на развод. Свою долю в квартире перепишу на сына. А ты живи, как хочешь. Чучундру твою патлатую я из пока еще своей по закону квартиры, выгнала.

— Убери его, умоляю-у-у. Не видишь, как мне плохо? Регинушка, где у нас таблетки? — завернувшись как Гюльчатай в покрывало с головой, он ходил за женщиной по пятам. — Я поймать кота не могу. Только руку протяну, он когти свои выпускает. Гляди, весь поцарапанный хожу? — протянул дрожащую с красными ровными полосами конечность.

— У нас? Вот как ты заговорил? — Регина спокойно ходила по квартире, собирая вещи и милые сердцу безделицы.

Феликс забрался на шкаф и оттуда презрительно наблюдал за мешком им «приголубленным», который только и знал, что жаловаться, да ныть. Мужиком от него и пахло. Даже таблетку себе найти не может… Ох, пропадет он без хозяйственной Регины, как пить дать. Только Толика было не жалко. Сам заварил, сам пусть и расхлебывает.

Регина еще раз окинула взглядом некогда уютную на ее вкус обставленную гостиную. Сумки собраны. Документы в боковом кармашке. Толик… Толик стонал, что на кухне ничего из еды нет на обед: ни борща, ни котлеток. Его речи информативностью не блистали. Вредный, скучный мужик с геморроем. Привык на чужом горбу кататься.Как она его терпела так долго?

— Скажи хоть, мои труханы в красный горошек, где? — высунул нос в щелочку своего «никхаба».

— Тебе в рифму ответить? — Регина сдула челку, обуваясь в прихожей. Посмотрелась в зеркало. Достала из кармана плаща, подаренную Кирой красную помаду. Ровно нанесла тон, пошлепав губами. Подмигнула своему похорошевшему отражению.

Мимо вжавшегося в стену Толяна, важно шествовал Феликс, одетый в черную тряпку с красными кругляшами. Лапы он продел в отверстия, и у шеи подвязал веревочки. Бантиком.

— Ты умом что ли тронулась? — верещал муж Валентины на весь дом. — Меня три дня не было в командировке. Ты зачем «это» в дом притащила? — показывал рукой на Феликса, будто он был не милое существо в кошачьей белой шкурке, а какое-то чудовище.