Книга Секрет княжны Романовской, страница 94 – Глория Эймс

— Спасибо! — я бросилась к папеньке и обняла его.

— Эх, Александра, — вздохнул тот. — Будь счастлива с ним. Но что скажет Николай?

— Он скажет, что дуэли точно не будет, — раздался голос моего жениха. Бывшего жениха.

Николай подошел к нам, взял мои ладони в свои и крепко сжал. Затем посмотрел в глаза со смесью надежды и тревоги:

— Я оченьпереживал за вас, Александра.

— Думаю, вам нужно поговорить, — произнес Илларион, деликатно отходя в сторону.

Мы прошли дальше по террасе и остановились, глядя на замершего каменного колосса, наполовину пронзившего границу между мирами.

— Вы знали? — спросила я.

— Скорее, чувствовал, — улыбнулся Николай и философски заметил: — Кто ранен сам, чужие видит раны…

Видимо, это была цитата из классики, но я, к своему стыду, никак не могла вспомнить, откуда.

— То есть… у вас тоже есть тайная влюбленность? — обрадовалась я. И последнее сожаление растаяло в вечернем воздухе, наполняя сердце эйфорией.

— Мы познакомились во время моей поездки в Молдавию, — немного смущенно признался Николай. — Ее зовут Мария. Дочь генерал-майора Булацеля. Она еще юна, но я готов ждать, когда ее отец даст согласие на брак.

— Как же я счастлива за вас! — не удержавшись, я обняла его и сразу отпрянула, решив не пугать тетушку Виринею очередным опрометчивым движением.

— Шурочка, — окликнула меня подбежавшая Маша. — Мне тетушка уже рассказала! Я думала, самая легкомысленная из нас — Эжени, но ей хотя бы четырнадцать! А ты… Слов нет… — и она осеклась, увидев Николая рядом со мной.

А мы с бывшим женихом рассмеялись. Илларион тоже подошел к нам.

Густая зелень парка звучала голосами ночных птиц и шелестом ветра среди ветвей. Все стало абсолютно правильным и по-настоящему искренним. И казалось, сама усадьба радуется за нас.

— Отец полагает, что сейчас мне правильнее совершить небольшую поездку по Европе, заглянуть на Британские острова, — сказал Николай. — И я думаю, что он прав.

Озорная мысль мгновенно возникла в моей голове. Если уж вмешиваться в судьбы миров, то профессионально! Магия магией, но и научные достижения этому миру не помешают.

— В таком случае прошу заглянуть в графство Кент и передать от меня письмо одному джентльмену. Ему давно пора опубликовать свой научный труд. Сейчас напишу, это быстро, — и я помчалась в лабораторию, где взяла бумагу, перо и чернила и начала со всей серьезностью выводить аккуратные буквы латиницей.

Письмо мое начиналось так:

«Дорогой сэр! Восхищаясь вашими научными статьями, я осмелилась написать это письмо. Ваши труды по теории эволюции произвели на меня неизгладимое впечатление…»

Окончив письмо вежливой, нонастойчивой рекомендацией срочно поделиться с миром своим открытием, я подписала на конверте: For Charles Robert Darwin.

— Вот до вас тут ваша тезка работала, до чего обстоятельная была! — отставив мизинчик от чашки с кофе, рассказывала старший лаборант. — У нее прям все четко, все выверено было… Жаль, так нелепо погибла — ушиблась о сейф. Вы очень ее напоминаете, Шурочка! Надеюсь, приживетесь у нас в лаборатории, и все будет хорошо! — она радушно улыбнулась мне.

— Я тоже надеюсь, что все будет как нужно, — поставив свою чашку на стол, я огляделась по сторонам. — Мне очень нравится лаборатория, работать здесь — просто мечта!