Книга Секрет княжны Романовской, страница 49 – Глория Эймс

— И то, и другое. Видите ли, я не знаю, как он это сделал, но Шу сам подтвердил, что для лечения просто взял сердце другой Виринеи, живущей… как бы объяснить… в параллельном мире.

Несколько секунд Николай смотрел на меня с недоверчивой улыбкой, затем спросил:

— То есть он проникает в разные реальности? Как описывается у Месмера?

— Нет, это не месмеризм с его флюидами и прочим, это что-то другое, — я сокрушенно развела руками. — Не могу объяснить. Еще сама слишком мало знаю об этом.

— Расскажите подробнее, что именно вы видели, — Николай заинтригованно взял меня за руку. — Если он не создавал морок для отвода глаз, а пронзал миры прямо перед вами, то… это ведь одно из величайших научных открытий! Мы действительно сможем путешествовать в пространстве и времени! Не находите, что в таком случае его странное поведение оправдано?

— Честно говоря, я видела только то, как тело тетушки истончилось до прозрачности, а затем снова обрело реальный вид. А потом Аскольд признался, что заменил сердце.

— Должно быть, это крайне сложно и требует очень больших затрат магической энергии, — задумчиво произнес Николай. — Интересно, где он берет столько сил? Жаль, что нельзя спросить напрямую…

А мне стало жаль, что я не подумала об этом раньше. Ведь любое действие требует наличия энергии! Значит, и в магии точно так же, столько сил не возьмется из ниоткуда. Получается, Аскольд где-то черпает огромные силы, но ни с кем не делится своими хитрыми способами.

И мне жизненно важно стало узнать ответ на один-единственный вопрос… Подавив волнение, я спросила как можно более ровным тоном:

— Как вы думаете, кто обладает большей магической силой — господин Шу или кто-то из магов, гостящих в усадьбе? Вы, ваш отец, Штерн?

И сразу замерла в ожидании ответа, поскольку от него зависело, стоит ли мне всерьез продолжать опасаться Аскольда или же я смогу заручиться чьей-либо поддержкой.

Николай оценивающе оглядел вывернутые с корнем кусты посреди проплешины и только открыл рот, чтобы ответить, как что-то холодное скользнуло по моейшее и дернуло прочь, в заросли…

Даже не успев понять, что происходит, я отчаянно дернулась обратно, к спасительному просвету между ветвями, но все тело словно оказалось в сетке. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Сердце бешено колотилось, воздуха не хватало.

Должно быть, так ощущают себя лесные животные, попавшие в капкан. Мгновенное обездвиживание напугало меня так, что я даже крикнуть не могла.

Тем временем что-то очень холодное проползло по моей талии и стиснуло ее с такой силой, что хрустнули позвонки. Было больно, но даже боль затмевалась всеобъемлющим ужасом, который охватил меня в этот миг.

Раскрыв рот в беззвучном крике, я схватилась за непонятные путы и ощутила холодную гладкость камня. Будто меня душила огромная змея, нет, даже несколько змей!

Через пару секунд Николай показался в разрыве листвы и безо всяких вопросов направил руки в мою сторону. Из его ладоней хлынул сноп лучей, распадающихся на отдельные полосы, и те окутали меня горячим покрывалом. Тотчас странные путы ослабли, и я упала на землю.

Николай бросился понимать меня, напоследок швырнув за мою спину сгусток пламени.

— Что это было? — еле вымолвила я, оказавшись в надежных крепких объятиях жениха.