Книга Кричи, моя Шион, страница 27 – Екатерина Юдина

Я даже не сразу поняла, где именно нахожусь. Лежала, практически не дыша, часто моргала, до тех пор, пока спустя несколько секунд, по мне валунами не ударили воспоминания о вчерашней ночи. Захотелось громко взвыть, закричать, но я лишь закрыла глаза и какое-то время делала быстрые, рванные вдохи.

Мои руки заныли и невыносимо болели, но, пытаясь хоть немного перевернуться, чтобы облегчить эту муку, я взглядом скользнула по помещению и тут же застыла.

Оказывается, тут ближе к потолку находится небольшое окно. Ночью я его не заметила. И сейчас оно тоже много света не давало, ведь было закрыто кустами, но теперь я хотя бы могла рассмотреть помещение.

Подвал огромный. Очень. Стены серые. Видно, из-за того, что за домом толком не ухаживали, они частично покрылись плесенью.

И тут складывали кое-какие вещи. Около правой стены стояло несколько коробок. С левой стороны, в кучу сложенные стулья, словно их туда просто побросали. И, наверное, из-за ненадобности, сюда спустили три кресла и два дивана. Как раз на одном из них я лежала.

Мне все-таки удалось освободить руки и за это я отдала соответствующую цену – запястья были разодраны и ногти под перчатками поломаны. Руки болели так, что я ими толком шевелить не могла, но, учитывая то, в каком положении я провела всю ночь и то, что несколько часов возилась с проводом, это не странно.

Как только я освободила запястья, замычала от боли, но тут же поднялась на ноги и, немного пошатываясь, поплелась к лестнице. Осторожно. Тихо. Боязно. Оказавшись около двери, прислушалась, но, уловив лишь тишину, с замиранием сердца решилась на то, чтобы попытаться выйти. Положила ладонь на ручку. Опустила ее вниз и… ничего. Дверь оказалась закрытой.

Я несколько раз проверила. Даже отчаянно ударилась об нее плечом. Затем опустилась на верхнюю ступеньку и дрожащими ладонями закрыла маску. Что. Мне. Делать?

Скорее всего, в моей «семье» уже заметили мою пропажу. Сегодня моя очередь готовить завтрак, а я к этому всегда относилась ответственно. Возможно, не сумев до меня дозвониться, Фия или Элла попытаются зайти ко мне на подработку, но, поняв, что я и там не появилась, «семья» начнет бить тревогу. Вот только, что они сделают?

Только Фиа знает про мою ситуацию с Мораном, но, к сожалению, она не считает меня достаточно ненормальной, чтобы посчитать, что я могла бы опять пойти к нему. Скорее всего, «семья» решит, что меня забрали те, кто людей вылавливают и продают. К сожалению, у нас это не редкость. И «семья», конечно, будет меня искать. Я в этом не сомневалась, но, черт… Во что я влипла?

Снимая маску, я сильно, до жжения ладонью потерла лицо. От каждого движения рук, они ужасно болели. До такой степени, словно их что-то разрезало, но даже это сейчас не имело значения.

Я поднялась на ноги, спустилась вниз и опять оглянулась по сторонам. Рано опускать руки. Пока есть возможность, нужно что-то делать. Срочно.

О том, что я была далеко не в самом лучшем состоянии, я старалась не думать. Не выспавшаяся, уставшая, жутко испуганная, с болью во всем теле. Еще и потребности моего организма уже давали о себе знать.

Но я пошла к коробкам. Попыталась там найти то, чем можно было бы открыть дверь. Но увидела лишь старое барахло. Безбожно дорогое, но барахло. Раритетные подсвечники, книги, вышитые скатерти, рамки для фотографий.Я понадеялась, что отыщу тут то, чем хотя бы смогу защититься, но навряд ли у меня получится остановить Морана, если брошу в него подсвечником.