Книга Кричи, моя Шион, страница 119 – Екатерина Юдина

В отличие от меня Фиа часто бывала за пределами нашего комплекса и временами приносила новости, слухи, сплетни.

Именно от нее я полторы недели назад узнала о том, что невеста Морана была допущена до него на три дня.

Обычно домашний арест подразумевает полное одиночество, но, если срок слишком большой, альфа без самки может обезуметь, стать слишком кровожадным и жестоким. Из-за этого законом предусмотрено, что, если срок превышает определенное количество месяцев, которое уже может являться критичным, к нему могут на три дня пропустить омегу.

Это не просто. Я слышала, что нужна подготовка, пропуски выдаваемые судом. И на Джулию надели браслеты-датчики, без которых бы она не смогла попасть к Морану.

И вот на прошлой недели они три дня провели вместе.

— Пока что ничего не слышно, — ответила Фиа, высыпая нарезанный перец в контейнер. – Лишь говорят о том, что Джулия теперь счастлива, но точно восстанавливается. Моран же наконец-то после такого срока получил ее и скорее всего затрахал свою обожаемую невесту до полусмерти.

Я выложила капусту на стол, вспоминая тот страх, вернее панику, которую испытала, стоило мне узнать, что Джулия будет допущена к Морану. Это ведь впервые когда у Морана появилась возможность поговорить с кем-то помимо меня. И я знала, что он может рассказать Джулии про все, а она бы в свою очередь эти слова донесла бы до семьи Морана. За мной бы пришли. Они ведь так всячески пытались разузнать, что именно случилось.

И я с содрогающимся ужасом ждала этого.

Вот только, прошло уже четыре дня, как Джулия покинула дом Морана. Все это время брат особенно тщательно прятал меня.

Но пока что за мной никто так и не пришел.

Только, пока что я не обольщалась и не считала, что хоть что-то наладилось. Наоборот, ощущение чего-тоужасного никак не отпускало.

***

Три часа ночи, полная темнота и я вновь около особняка Морана.

Проходя по траве, которая с тех пор, как я была тут в последний раз, кажется, стала значительно выше, я все время думала о том, какая же я идиотка.

Когда я убегала отсюда, понимала, что больше никогда и ни за что не вернусь в это место. Не окажусь в проклятом саду, недалеко от особняка, от которого у меня внутри до сих пор все содрогалось.

А в итоге что? Я вновь тут.

Умом я понимала, что выбора у меня не имелось. Переговоры с моим женихом опять затягивались. Я уже в них не верила, а следовало что-то срочно делать – до освобождения Морана оставалось всего лишь полтора месяца. У нас имелись кое-какие планы, но абсолютно все упиралось в деньги, которых не имелось.

Из-за этого я постоянно вспоминала про Лунный камень, который потеряла в саду Морана. Он стоил десять тысяч. Огромные деньги, которые сейчас очень сильно помогли бы. Буквально спасли.

Слишком долго я отторгала мысль, о том, чтобы вернуться сюда и опять попробовать поискать. Она вызывала во мне то, что было хуже ножа приставленного к горлу.

И даже сейчас я с трудом сдерживалась, чтобы немедленно не уйти прочь. Как оказалось, это место вызывало во мне куда больше неприязни, чем я себе предполагала. Тут я была разбита на части. Запачкана настолько, что это никогда и ничто не изменит.

Остановившись под ветвями одного из деревьев, я посмотрела на особняк. Свет нигде ожидаемо нигде не горел. Электричество в это время отключено. Нигде нет даже блеклого света свечей. Моран спит. Именно поэтому я выбрала настолько позднее время. Ну и еще по той причине, что мне следовало как можно более незаметно ускользнуть из комплекса. Так, чтобы меня не заметил никто из «семьи».