Книга Снежная лавка госпожи Дюваль, страница 46 – Анастасия Эрн

Я кивнула, надеясь что эта отговорка в очередной раз меня спасёт. Братишка тяжело вздохнул.

— Порой я совсем забываю о твоей травме. Ты не кажешься больной. Наоборот, горишь энтузиазмом и фонтанируешь идеями. А потом в какой-то момент спотыкаешься на мелочах.

Я пожала плечами и развела руки в сторону. Актриса из меня вышла так себе.

— Я же не специально, — повинилась я.

— Красок у нас нет, слишком они дорогие, — лицо брата невольно погрустнело. — Последний раз отец дарил мне их на день рождение три года назад. Я старался экономить краски, но они всё равно закончились.

— Понятно. Выходит ты любишь рисовать? — прищурилась и пытливо посмотрела мальчика.

Он отвёл взгляд.

— Люблю, — нехотя признался он. — Ты мне даже дарила красивый блокнот для рисования.

Мда, хороша сестра! Совсем ничего не знает о брате. В тех воспоминаниях, что я смотрела подобная информация отсутствовала. Либо я неверно подобрала запрос, либо Аби вычеркнула это из своей памяти, как неважный момент.

Меня вдруг посетила идея. Если Лео хорошо рисует, то можно попросить его помочь нарисовать мне плакаты.

— Так сделай перерыв в работе, покажи мне свои рисунки, — потребовала я.

Лео немного смутился, но пошёл к себе за блокнотом. А я быстренько заглянула в память Абигейл. Воспоминания предыдущей хозяйки тела хлынули в мозг и перед глазами замелькали картинки. Что ж чуйка меня не подвела. Для ребёнка семи лет, для того кто никогда не учился этому ремеслу, Лео прекрасно рисовал. Да что там он действительно хорошо рисовал, лучше некоторых взрослых и явно лучше меня.

Вот в чем Леонард был действительно талантлив!

Когда мальчуган вернулсяс блокнотом и разрозненной стопкой листов, а затем красная подал мне, я начала быстро просматривать его зарисовки. И чем больше я смотрела, тем шире становилась моя улыбка.

— Лео, у тебя талант! — восхитилась я.

Брат вскинул голову и расширившимися глазами посмотрел на меня.

— Это же баловство. Детское развлечение, — повторил он всё то, что ему говорили окружающие.

— А как же художники, которые зарабатывают себе на кусок хлеба именно этим? — задала резонный вопрос и уперла руки в бока. — Именно они рисуют все картины и портреты. Даже наш маленький семей ный портрет рисовал не просто человек с улицы.

— Сестра, не сходи с ума, аристократы не становятся художниками, — мрачно произнес Лео и едва не покрутил пальцем у виска. Затем повернулся ко мне спиной и снова пошёл делать грелки.

— Понимаю, художники относятся к ремесленникам, — продолжила говорить ему в спину. — Но и артефакторы по сути тоже ремесленники. Просто маги занимающиеся этим стоят на ступень выше в иерархической лестнице, из-за редкого таланта. Однако оба занятий — ручной труд. Я не знаю, как в будущем сложится твоя жизнь. Но считаю, что этот твой талант не стоит списывать со счётов. Я бы наоборот стала его развивать. Он в тяжёлые времена позволит тебе заработать на кусок хлеба.

Я вытащила несколько зарисовок и подошла к Леонарду.

— Вот эти наброски музыкальных шкатулок потрясающе вышли. Ты должен перенести их на нашу вывеску, — потребовала я и положила листки на стол перед братом, чем окончательно шокировала его.

— Но… это… Я же не художник… — растерянно и немного испуганно затараторил он.

— Не скромничай! Нашу вывеску, визитки будут украшать либо твои рисунки, либо мои каракули! — заявила я, отрезая для брата все пути к отступлению. — И поверь рисую я точно хуже тебя. Ты прекрасно соблюдаешь пропорции и объемы, уже хорошо передаешь свет, тень и блики. А ещё в твоих рисунках присутствует живость.