Книга Хозяйка времени, страница 28 – Арина Теплова

— Как это?! — тут же подскочил к ним Щукин, заглядывая в бумагу, и, пробежавшись по тексту взглядом, посерел. — Как она это сделала?

— Что сделала, сударь? — осведомилась Вера холодно, зыркнув на него.

— Милостивый государь, прекращайте это препирательство! — осадил его сотник. — Ваши подозрения оказались ложными. Потому извольте покинуть усадьбу Волковых. Курицу вам вернули! Вот и ступайте с Богом!

— Благодарю вас, сударь, — сказала Вера, когда Коровин протянул ей обратно бумагу.

— Мы уже уходим, госпожа Лебедева, — сказал Коровин и сделал знак своим людям. — Извините за доставленное беспокойство.

Стрельцы во главе с сотником быстро направились к воротам, и Коровин гаркнул на зевак, толпившихся тут же.

— Расходитесь!Нечего за чужими делами следить!

Горожане торопливо начали расходиться, комментируя увиденное. Стрельцы пошагали по мостовой вперед.

Щукин же, быстро окинув Веру с Ладомирой злобным взглядом, фыркнул:

— Не думай, что твоя взяла, ведьма!

И торопливо направился к воротам. Там еще оставался горбун, чистильщик обуви. Когда боярин поравнялся с ним, горбун сплюнул ему под ноги.

— Че, опростоволосился, богач?! — выдал ехидно горбун в сторону Щукина.

— А ну прочь с дороги, оборванец! — проскрежетал в его сторону боярин. — Всех бы вас в каземат упечь, а еще лучше на виселицу.

Щукин неучтиво оттолкнул грязного горбуна с дороги и быстро последовал за стрельцами, опираясь на свою дорогую, украшенную камнями трость.

— Не желай другому, чего сам не жаждешь, — выдал ему угрожающе вслед босяк-горбун. — Как бы тебе самому голову на плахе не сложить!

— А ну уймись, холоп! — огрызнулся на горбуна Коровин, услышав его угрозы в сторону уважаемого боярина Щукина. — А не то неровен час заберу тебя в холодную! Там свой язык поганый и прикусишь!

На эту угрозу горбун только хмуро оскалился, сплюнул себе под ноги и заковылял в другую сторону.

Видя эту перебранку между мужчинами и что все закончилось благополучно, Вера облегченно вздохнула. Все же не хотелось, чтобы из-за этой вертихвостки-курицы пострадал кто-то еще. Довольно уже было на сегодня перипетий из-за нее.

Мира снова задергала ее за рукав, привлекая к себе внимание и заглядывая молодой женщине в глаза.

— С вами все хорошо, няня Вера?

Вера посмотрела на девочку и ласково улыбнулась ей.

— Как хорошо, что они все же ушли. Я так перепугалась, малыш, — сказала облегченно она.

Снова раскрыв пергаментный лист с договором, молодая женщина прошлась по нему взглядом. В документе, явно написанном пером, говорилось о том же, что они и обсуждали тогда с адвокатом Волковых. Ничего нового или непонятного. Только все было описано витиеватыми старинными выражениями и словами. В тексте употреблялось много твердых знаков на конце слов. Но смысл документа был точь-в-точь как тот, что она подписала два дня назад.

Дата была прописана в первой же строке и значилась как первое травеня 1929 года.

— Мира, а какой сейчас год?

— Тысяча девятьсот тридцатый, няня Вера. Неужели вы запамятовали?

«Так… дата в документе годовалой давности, — подумала про себя Вера. — Теперь понятно, почему у Коровина не возникло вопросов».

— Я что-то так распереживалась, что даже год позабыла.

— Вам не надо так волноваться, а то заболеете.