Книга Девочка для альфы, страница 25 – Алисия Небесная

— Кира, будь хорошей девочкой, пошли со мной, — взгляд Марата находит мой, он прожигает меня насквозь.

По телу волна дрожи проходит. Сердце бьётся быстрее. Я не знаю, что там мой отец обещал, но я точно не пойду с этим незнакомцем. Цепляюсь за Амира.

— Она не пойдёт с тобой, — голос Аяза раздается за спиной Марата.

— Аяз, — успеваю крикнуть ему, голос — слабый, испуганный.

Марат разворачивается к Аязу, застывает, рычит. Обстановка накаляется. Охрана Марата, которая взяла нас в кольцо, скалится, их зубы — острые, угрожающие.

— Аяз Нуримов, — шипит Марат, голос — пропитан ненавистью. — Много о тебе слышал.

— Возможно.Но это не даёт тебе право ходить и устанавливать порядки на чужой территории, — голос Аяза — сталь, холодный, взгляд — беспощадный, обещающий ад всем, кто посмеет выступить против него.

— Как и тебе забирать то, что мне предназначено, — рычит Марат, голос — звериный, полный ярости, делая шаг к Аязу. Движения — настойчивые, агрессивные.

— Она моя пара. И мне плевать на контракт многолетней давности, — скалится Аяз. — Если твои волки ещё раз сунутся на мою территорию, я не буду столь великодушен, как сейчас. Ярость от Аяза волнами идёт, опустошая пространство.

— В чём же твоё великодушие? — зрачки Марата сужаются, его взгляд — злой, угрожающий. Такое ощущение, что он готов вонзиться своими зубами Аязу в шею.

— Лес полон моих волков. Одно моё слово — и твоих волков раздерут на части, — лёгкая усмешка на губах Аяза, — холодная, презрительная.

Марат осматривается, оценивает ситуацию. Решает отступить. Молча уходит к своей машине, его движения — медленные, напряжённые.

Как только машина уезжает, я подбегаю к Аязу, мои движения — неуверенные, слабые. Слезы бегут по щекам. Тело дрожит. Я так испугалась… не сразу прихожу в себя.

Руки Аяза берут меня в объятия, его прикосновение — тёплое, успокаивающее. Он целует меня в макушку, поцелуй — нежный, ласковый. Гладит по спине, успокаивает. Тянет за собой, прижимая к себе. Цепляет мой подбородок пальцами, его прикосновение — нежное, но настойчивое. Заставляет смотреть на него.

— Если ты ещё раз сбежишь без предупреждения, богом клянусь, из спальни не вылезешь, — рычит прямо в губы, голос — низкий, угрожающий. После чего нежно целует.

Амир лишь молча уходит к дороге, пока Аяз меня в своих объятьях утешает.

— Прости меня, — шепчу на ухо.

За шею обнимаю. Не представляю теперь своей жизни без него.

— Дома об этом, — Аяз снова становится серьёзным, сталь в его голосе.

Сигнал дает своим волкам, и мы направляемся за Амиром.

Домой — на машине. Аяз молчит всю дорогу, хмурый. Рада, что он за мной приехал, но леденящее предчувствие сжимает горло. Дома — разговор предстоит, беспощадный и непростой. Лихорадочно соображаю, перебираю в памяти обрывки информации о Марате, об его отце. В голове — туман, ничего не улавливаю.

— Амир, ты свободен, — Аяз бросает это холодно, не дожидаясь ответа, и мчится в дом. Бета грустно на меня смотрит, уходит.

Я — за Аязом. Напирает тяжелая тишина. Разговора — не было. Аяз погрузился в работу, закрывшись в кабинете. До вечера — почти не говорили. Я — решила готовить, чтобы успокоить нервы. Потом — снова искала информацию о родителях. И нашла! Шоссе, где произошла авария.