Книга Дитя Палача, страница 3 – Анна Ланг

Матушка отошла сплетничать с подругами, герцог заметил, что родительница и впрямь сдала, отметил нездоровую бледность и подумал, не мешало бы пообщаться с доктором о матушкином самочувствии.

Сэмюэл отогнал грустные мысли и сосредоточился на вальсе, он умело и аккуратно вел партнёршу. Только вот очередная его визави будто бы дар речи потеряла. И не она одна. Девушки опускали глаза долу, на все попытки Сэмюэла расспросить их о чем-то, пофлиртовать, сделать комплимент, все, как одна, начинали невнятно бормотать, краснеть и запинаться. Поэтому Аберкромби вальсировал молча.

После танца Сэм взял с подноса у лакея бокал шампанского, и подумал, что такими-то темпами вряд ли найдет себе супругу. К нему подошла маменька, в сопровождении дородной дамы и юной девушки, видимо, дочери.

Сэмюэл отметил точеную фигурку, изящное личико, ясные голубые глаза, белокурые локоны, правда, сморщился от обилия кружев на платье. Впрочем, недостаток вкуса легко исправит хорошая модистка.

— Сэмюел, позволь представить тебе баронессу Хэвишем и ее дочь, Мэриан.

Сэмюел почтительно раскланялся и отпустил дежурный комплимент баронессе и ее дочери. Маменька довольно закивала головой, она видела затруднения своего сына. Сэмюел только что закончил танцевать кадриль с юной баронессой, дрожавшей как перепуганный кролик. Нынешняя же его визави лишь безучастно улыбалась.

— Позвольте пригласить вас на тур вальса, моя леди.

Мэриан улыбнулась светской улыбкой, а во время танца односложно отвечала на все реплики Аберкромби, в отличие от своих предшественниц, девушка не запиналась, не дрожала и не краснела, не опускала глаз. А то, что сама не заводила разговор,видимо, чересчур скромная.

Сэмюэл подумал, что пожалуй, остановится на баронессе Мэриан. Главное, пусть родит ему наследника, а дальше, можно будет сослать в дальнее поместье и вести привычный образ жизни. И дела поместья будет кому передать, и матушка порадуется.

* * *

На званом ужине матушка и Сэмюэл сговорились с семейством Хэвишем о помолвке. Конечно, немолодая чета обрадовалась, узнав, что они породнятся с самим Палачом, их не испугала дурная слава Сэма. Собравшиеся отдали должное мастерству повара Аберкромби, насладившись изысканным ужином и лучшим вином. Потом маменька Сэмюэла пригласила всех в малую гостиную, договариваться о помолвке и свадьбе.

Барон Хэвишем, щуплый молчаливый мужчина, в обсуждении церемонии не участвовал, сказал, что во всем доверяет своей супруге. Полагается на ее волю, подумал Аберкромби. Сэмюэл тоже не стал принимать участия в обсуждении, сказал, что ему не интересны ни рюшечки, ни цветочки, ни цвет лошадиной попоны, отрезал только, что свадьбу должны сыграть через месяц.

— Но это противоречит всем правилам приличия! — возмутилась баронесса Хэвишем.

— Кто сказал, что Палач должен быть приличным?

— Люди подумают, что моя девочка, что она…

— Я вздерну того, кто подумает что-то не то, — заявил Сэм. — У меня есть свои причины торопиться.

Матушка неодобрительно посмотрела на сына, а в глазах баронессы зажёгся алчный огонек. Решила, наверное, что я собираюсь отдать концы, понял Сэм.

Проводив гостей, маменька попросила Сэмюэла налить ей чаю с коньяком.

— Миледи Агата, Вам же нельзя злоупотреблять спиртным!

— Если нельзя, но очень хочется, то можно. Какая утомительная пара! Милый, ты уверен, что тебе подойдёт именно эта девушка? Что-то меня в ней смущает, я не могу понять, что.