Книга Семья напрокат, страница 110 – Лесана Мун

— И кстати, — выдернул меня в реальность рыжий великан, — Зулана-то оказалась и не котенком вовсе. Знаешь, как она на меня недавно нашипела? Ну чисто пантера.

— Или медведица? — уточнила с улыбкой.

— Или медведица, — тоже усмехнулся Гур.

На том мы и разошлись. Он пошел куда-то в сторону кухни, а я — вверх по лестнице, в попытке с первого раза найти герцогские покои. Надежды, конечно, мало, но попытаться стоило.

И-и-и… ясное дело, сразу я в нужную комнату не попала. Опять заблудилась. И благодаря этому услышала то, что не должна была. Мужские голоса доносились приглушенно, но слова я разобрала.

— Ваша Светлость, вы уверены? При всем уважении, но вы знаете эту леди всего неделю, — сказал картавый.

— Абсолютно уверен, — спокойный голос Северина.

— А как же ваша сестра?

— Я ей завещал двадцать тысяч золота, этого достаточно, чтобы безбедно жить десяток лет, если не устраивать званые вечера каждую неделю.

— Да, но это… кхм… даже не десятая часть вашего состояния.

— И что? Это мои средства, и я сам решаю, кому их оставить. И не надо давить на жалость, Норвуд. Я все равно не изменю свое мнение.

— Что вы, Ваша Светлость, я и не думал. Переоформлю все, как вы сказали. Будет готово к вечеру, пришлю курьера для подписи. И еще момент… а если леди откажется принять наследство?

— Иветта? — Северин хмыкнул. — Надеюсь, у нее хватит практичности этого не делать. Хотя… она гордая. А знаете что, Норвуд, измените завещание. Запишите все на Алису Бауман, но опекуншей с ежемесячной рентой в пять тысяч золота поставьте Иветту. Она может отказатьсяот денег для себя, но ни за что не поставит под удар благополучие падчерицы.

— Хорошо, Ваша Светлость, я перепишу.

— Отлично. Тогда, прощайте, Норвуд.

— Ваша Светлость… кхм… даже не знаю, что сказать… мне жаль.

— Прошу вас, не нужно сентиментальных речей. Все в порядке, Норвуд, я уже смирился и принял неизбежный факт.

— И все равно… жаль, что вот так все. Мне было приятно работать на вас.

— Взаимно, ценю вашу честность и профессионализм, друг мой. Присмотрите за герцогиней на первых порах. Уверен, вокруг нее соберется множество пиявок.

— Я все сделаю, как для себя, Ваша Светлость, не извольте тревожиться. И… прощайте.

Не дослушав, я быстро спряталась за шторой и выждала, пока шаги удалились. Это что вообще происходит? Какое завещание? Герцог же еще молод. И здоров, вроде… Какого лешего?!

Чеканя шаг, я устремилась в ту комнату, из которой слышала голоса. Кажется, пришло время откровенного разговора!

Яростно вбивая пятки в пол, распахнула ее и влетела в комнату. Судя по убранству — кабинет. Северин сидел за столом, читая какие-то бумаги и отвлекся от них услышав удар двери об стену.

— Иветта?

— Что происходит, Северин? — я остановилась возле его стола, уперев кулаки в бока.

— В каком смысле? — герцог попытался косить под дурачка.

— В самом прямом. Зачем тебе завещание? Ты болен? Умираешь? Что происходит? Я требую ответов, Северин. Не прошу, а именно требую, думаю, у меня есть на это право, учитывая наши отношения.

Во мне все клокотало. Давление наверняка поднялось на добрый десяток, как и температура на градус. Кровь шумела в ушах и била в лицо. Мне было жарко и холодно одновременно. И это злило еще больше.

— Иветта, прошу тебя, сядь и мы поговорим. Спокойно.