Книга Семья напрокат, страница 113 – Лесана Мун

Казалось, мы горели в унисон. И не имело значения, что нет кровати, нам и на диванчике оказалось нормально. В считанные секунды слетела одежда, и наши тела прижались друг к другу, согревая теплом, зажигая почти невыносимым желанием.

Северин не был нежен. Казалось, он — голодающий путник, который наконец-то попал на банкет. Его губы были везде, а мне все казалось мало. Я что-то шептала, кажется, о чем-то просила.

Мне казалось, если мы сейчас не станем одним целым — я просто взорвусь. Но выяснилось, что взрыв меня ждал тогда, когда мы соединились. Внезапно пришло озарение — вот оно как бывает, когда любишь взаимно. Когда не только ты угождаешь, но и тебе дарят всего себя.

Наверное, это было слишком прекрасно, поэтому я просто отрубилась. Знаю, звучит пафосно. Но что поделать — откуда взяться связныммыслям в голове с сахарной ватой?

Перед глазами мигали звезды, я улыбалась, как идиотка. Ровно до того момента, как почувствовала ужасный холод и внезапно поняла, что совершенно голая стою посреди сплошной темноты.

— Э-э… есть тут кто-нибудь? — спросила шепотом.

Если честно, наверняка бы заорала в ужасе и побежала, если бы мне кто-то ответил. Но вокруг стояла мертвая тишина.

Постояв немного и поняв, что замерзаю без движения, решила идти. Без разницы куда. Главное — двигаться. Выбрав одно направление — прямо, бодро зашагала. Сколько топала — не знаю. Согрелась, ноги стали уставать, захотелось пить.

И вот, когда горло уже стало весьма ощутимо першить, а губы — сохнуть, я услышала впереди тонкий звук бегущего ручья, и сорвалась почти на бег.

И да, воду я нашла. Но то был не ручей. Внезапно темнота стала расходиться и прямо передо мной вырос величественный храм. Стены из черного камня, круглые окна, высокие ступени. И возле храма, чуть левее, был возведен небольшой питьевой фонтанчик, именно там тихонько журчала вода.

Недолго думая, я подбежала к нему и, подставив ладони, набрала живительную влагу, тут же поспешно глотая. М-м-м… чуть сладковатая, освежающая, вода была необычайно вкусна. Вдоволь напившись, решила зайти в храм. Единственное, что меня смущало, я все так ж была без одежды.

И стоило мне об этом подумать, как я увидела с другой стороны фонтана какую-то ткань. Удивленно обошла и сняла ее, подумав, что это какое-то полотенце. Все лучше, чем голой. И ошарашенно обнаружила, что это что-то типа туники, которая надевается через голову и завязывается спереди и сзади на талии.

Ткань закрыла мои плечи и бедра, оставив голыми только руки и ноги от колена. Довольная, что все так неплохо складывается, учитывая обстоятельства, осмелилась зайти в храм.

Поднялась по высоким ступеням. Это было странно. Складывалось ощущение, что каждая последующая ступень выше предыдущей. И если первые две я перескочила, как ребенок, то на две последние едва залезла, пыхтя, как старая бабка.

Но стоило мне оказаться возле огромной, резной двери храма, как вся усталость мигом прошла, будто я на эскалаторе сюда поднялась. Хмыкнув, дернула на себя тяжелую ручку-кольцо.

Ожидала услышать ужасный скрип, храм ведь производил впечатление очень древнего строения,но дверь открылась легко, словно хорошо смазанная.

Зашла внутрь. Никакой сырости, затхлого воздуха или еще чего-то подобного. Внутри пахло… цветами. Мне вспомнилось детство, когда мама отправляла меня к бабушке в село. И я, вместе с другими детьми, шла с утра пасти двух наших коровок — Зорьку и Звездочку.