Книга Дом для меня, страница 60 – Амита Скай

– Не так быстро! Покажи-ка мне договор!

– Зачем… – уныло проблеял Лер, уже стягивая с плеча рюкзак и зная, что Жанна, пока не получит документ, к носкам не пустит. Он это предвидел, потому взял документы с собой.

Жанна, получив файлы, пропустила его в спальню, где Лер, к великому своему облегчению, нашел целый и невредимый комодик с носками, которые принялся спешно запихивать в принесенный для этого рюкзак. Он почти успел завершить эвакуацию носков, когда снова взбеленившаяся Жанна принялась лупить его скрученными в трубку бумагами.

– Бестолковый! Безалаберный идиот! – Лер закрывал голову руками и полз к выходу, распихав оставшиеся носки по карманам. – Непроходимый тупица и деревенщина! Ты читать, что ли, разучился?

Про больную ногу они вспомнили, только когда Лер ударился ею о дверной косяк. Вообще удивительно, как во всем этом хаосе он почти забыл про боль и умудрился резво пробраться в спальню за носками. Как только Лер схватился за ногу, Жанна сдулась, утратив основной заряд ярости, но яда было еще хоть отбавляй, но, несмотря на это, им удалось нормально поговорить. В итоге подруга смирилась с этим решением, очень помогло ей в этом деловое предложение Васильцева, которое Лер передал.

Они расстались на хорошей ноте, как прежде, друзьями, но с поправкой на то, что он забирает свои вещи из ее квартиры, поскольку она не хочет видеть, как из него будут выжимать по максимуму. Лер тогда не придал ее словам особого внимания, но когда нога зажила и он впервые вышел на «работу», то еще не раз вспоминал их.

В тот день вместе с носками удалось вернуть и сам комодик. Когда Лер вернулся в квартиру Васильцева и за охранником, занесшим комод, закрылась дверь, он рухнул на мягкую скамейку и, не раздеваясь, привалился плечом и головой к стене, силы будто разом оставили его. Он выдохся и осознал, что только что перелистнул очередную страницу своей жизни. С Жанной, несмотря ни на что, ему было тяжело, слишком сильноон волновался и переживал за неё, и точно не смог бы сам уйти без веского повода, а его поиски могли растянуться на неопределенный срок, но теперь все сложилось как нельзя лучше.

Лер стеклянными глазами смотрел на гостиную перед собой, точнее, на коридор и кусочек гостиной, на темные стены, точечную подсветку, благородный паркет, строгие линии мебели и большую картину в коридоре с парящим журавлем. Этого журавля, как ни странно, выбрал Лер, показал Васильцеву абсолютно без задней мысли, и через несколько дней журавль занял свое место на стене в коридоре.

Картина была выполнена в стиле традиционной китайской живописи, всегда изображавшей мир более тонкий и духовно отчужденный от мирской суеты. Раскинув белоснежные крылья, журавль парил в темной синеве, и Лер часто буквально прилипал к нему глазами и чем дольше смотрел на прекрасную птицу, тем больше соглашался с тем, что не зря в Японии и Китае журавль – священная птица В Китае красноголовый журавль считается посланцем богов. Его белоснежное тело олицетворяет чистоту, а ярко окрашенная шапочка – огонь жизни. Японцы вообще называют журавлей «людьми в перьях», и Лер признавал, что есть в них что-то завораживающее.

Переключившись наконец с картины на рюкзак с носками и комод, Лер нервно передернул плечами, только в эту минуту осознав, что начался новый этап его жизни.