Книга Девять жизней до рассвета, страница 71 – Амита Скай

Хотя нет, снимать с покойников, это что-то на грани. Я все равно не смогу. Проще распороть плащ и сшить себе из него юбки или штаны, но у меня ни иголок, ни ниток, ничего нет.

Пока выносила хорошие кирпичи из избы, под возмущенные вопли ворона, нашла небольшую решетку, на которую, видимо, что-то ставилось, чтобы готовить. Вот ей я была рада, даже больше чем кирпичам, и уж точно больше чем этой печати, не знаю, что мне с ней делать, пока кроме как орехи ею колоть и дверь подпирать, ничего не придумала.

Также вынесла металлическую заслонку для печи, не знаю, что буду с ней делать, но пригодится. В свалке кирпичей рядом с печью нашелся ржавый чугунок и прихват для него. Чувство удовлетворения росло в геометрической прогрессии. Ворон продолжал недовольно вопить, и летать вокруг печати, пришлось выйти из дома и рявкнуть на него.

— Да заберу я её! Хватит орать!

В ответ ворон с печати переключился на меня, подлетел ко мне, сел на голову и принялся клевать макушку. Я бы ему треснула, да жалко старого было, я его и так метлой отходила, он еле очухался. В итоге пока я не подняла печать и не положила ее в чугунок и не прикрыла тот дощечкой, повторяя без остановки, что заберу я её, заберу, от меня не отстали.

— Псих пернатый. — Буркнула я, возвращаясь в избу в поиске сокровищ. Ворон, усевшийся на свое сокровище, недовольно каркнул мне в ответ.

На улице постепенно смеркалось, и поиски осложнялись, но я не хотела останавливаться. Хотелось ещё поковыряться рядом с печью, там стоял небольшой шкафчик, но он почти весь был завален, плюс дверцы немного отсырели и там ещё и шебуршился кто-то, возможно, у кого-то там нора или гнездо. Если бы я проснулась раньше и пришла бы тоже пораньше, мне бы хватило времени, но нужно было поторапливаться, поэтому я переключилась на стол и полки над столом.

На стене висели металлические крючки, а на них корзины, некоторые уже были непригодны, в некоторых явно не один выводок птенцов вылупился, а под одной из корзин, я увидела то, от чего у меня чуть не случился сердечный приступ. У меня, у ворона и у волка, но у них, правда, из-за моего радостного визга.

Под корзинкой нашелся металлический ковш с длинной ручкой! Ни ржавый, ни кривой! Пыльный, только, немножко и в паутине. С учётом, что я нашла решеткуи кирпичи, в моей голове сложилась простая схема, как я буду теперь греть себе чай, но впереди были ещё сюрпризы.

Сложив корзины, которые можно с собой забрать и в них ковш, я принялась дальше шариться по кухне, нашла туески, с превратившимися в труху травами, один был почти доверху забит солью, у меня соль уже неделю, как кончилась, хотя я ею почти не пользовалась, берегла. Тут я уже начала приплясывать и подпевать, но приступ экстаза был впереди.

Обшарив все полки и решив попозже даже их потом забрать с собой, я села на лавку, ещё достаточно крепкую — ее, конечно, я тоже заберу с собой, и посмотрела снова на печь.

Из-за того, что ракурс немного сменился, под завалами я заметила торчащий носик. Молясь, чтобы это был не осколок чайника, я бросилась снова к печи, приподняла обвалившийся кусок и...

Это был первый самый счастливый мой день тут. С чугунным чайником без крышки я бегала кругами перед домом и вопила, от радости. Со стороны я, конечно, выглядела как полная идиотка, ворон с волком смотрели на меня ошалевшими глазами, ворон даже клюв открыл, но мне было все равно! У меня теперь чайник есть! И не страшный какой-нибудь, а очень даже симпатичный, наподобие японских приплюснутых чайников с узорами, на этом тоже был узор.