Книга Дочь Одина, страница 72 – Любовь Оболенская

Сонный взгляд короля стал жестким и пронзительным. Но я не отвела глаз, с усмешкой глядя, как Карл Лысый усилием воли пытается скрыть ярость, которая начала корежить его лицо...

Но он справился с собой. После чего спросил:

— Как ваше имя, истинная королева Норвегии?

Хотела я было поспорить с данной оценочной характеристикой, но уж больно мне спать хотелось... Потому я просто проговорила:

— Меня зовут Лагерта.

— Хорошо, храбрая и мудрая воительница, — кивнул Карл. — Вашему мужу очень повезло с женой, а Норвегии — с королевой. Я согласен на эти условия. Но мне будет нужна одна неделя. Я не держу такие деньги в Париже, и, чтобы собрать выкуп полностью, мне придется потрясти кошельки своих вассалов.

— Прекрасно, — кивнула я. — Эту неделю вы проведете у нас в гостях, отдавая необходимые распоряжения своим ближайшим соратникам, пока они не соберут необходимую сумму и не приведут корабли к этому берегу Сены.

— Я буду вашим заложником? — нахмурился Карл.

— Как можно? — улыбнулась я. — Я же сказала — гостем. И только. Неужто вы оскорбите меня отказом погостить в моем лагере после того, как мы обо всем договорились?

— Хорошо, — вздохнул король Франкии. — Сейчас мои люди уплывут назад и передадут мой приказ кому следует. Думаю, уже утром треть суммы будет у вас, а остальное они соберут в ближайшие дни. А теперь скажите, можете ли вы выделить мне отдельную палатку с периной и одеялом, и сделать так, чтобы меня никто не тревожил ближайшие пару дней? Надеюсь, за это время я смогу нормально выспаться.

— Конечно, — кивнула я.

А сама подумала, что и я не отказалась бы от такой волшебной палатки, где б меня хотя бы сорок восемь часов никто не беспокоил по поводу решения неотложных государственных вопросов.

Семь тысяч фунтов серебра по меркам моего времени составили около двух с половиной тонн. Я смотрела, как на берегу растет огромная гора серебряных блюд, кубков, примитивных монет, и просто обрезков благородного металла, и понимала, что в отношении Франкии моя цель похода достигнута. Вряд ли Карл Лысый в ближайшие годы будет способен финансировать чью-либо подрывную деятельность — ему сейчас свою бы казну восстановить...

Насчет кораблей он, кстати, тоже сдержал слово — его люди пригнали к нашему берегу восемь парусно-гребных судов. С точки зрения викингов, боевые качества у них были никакие, но они вполне годились, чтобы сгрузить на них наши трофеи.

На берегу были установлены большие весы, при помощи которых Тормод скрупулезно взвешивал каждую серебряную вещицу, записывая ее наименование и вес в свой каталог, состоящий из восковых табличек. И, наконец в начале седьмого дня он торжественно провозгласил:

— Выкуп собран полностью!

— Я уж не верил, что это случится, — горько усмехнулся король франков. — Ну что, я могу возвращаться в Париж, или же вы предпочтете на всякий случай вытащить мне легкие через спину, как у вас это принято?

— Вы слишком плохо думаете о викингах, — покачала я головой. — Можете возвращаться в свой город — но лишь при условии, что дадите мне обещанное слово.

— Ах да, конечно, — поморщился король. — Обещаю вам, королева Норвегии, не иметь больше никаких дел с данами. Тем более, что в ближайшие годы им вряд ли будет интересна Франкия, которую вы ограбили подчистую.