Книга Дочь Одина, страница 68 – Любовь Оболенская

Но эта грозная с виду лавина не смогла даже приблизиться к стене щитов — саамы уничтожили всадников на подходе, утыкав их стрелами, проникающими сквозь многочисленные щели между доспехами. А когда конные рыцари у франков закончились, я скомандовала:

— Ша̀гом — вперед!

Такое тоже было в диковинку для викингов, привыкших бросаться в атаку не строем, а беспорядочной толпой. Но сейчас мои воины шли неторопливо, скрываясь за большими круглыми щитами, а из-за них навесом стреляли саамы, не давая франкам даже приблизиться к нашему строю...

Конечно, саамский охотничий лук это не боевой шестифутовый английский, который стрелял вдвое дальше. Но сейчас мне и не нужна была исключительная меткость элитных лучников Кемпа, которых у нас было не так уж и много... А вот массовая туча саамских стрел делали свое дело — тем более, что на своем пути охотники через некоторое время начали подбирать те стрелы, что, пролетев мимоцели, упали на землю — получалось практически безотходное истребление противника...

Карл Лысый попробовал бросить против нас свою тяжелобронированную пехоту, но из этого тоже ничего не вышло. На подходе саамы изрядно проредили ее, метко стреляя по глазам пехотинцев, а вблизи разгром довершили викинги, которые, не теряя строя, просто перемололи мечами и топорами тех, кто сумел добежать до нашей стены щитов...

Не прошло и часа, как правый берег был полностью зачищен от противника. Король Карл потерял одну из двух своих армий, а мы — лишь шесть бойцов убитыми и десяток ранеными.

— Колдовство какое-то! — выдохнул Ульв, глядя на поле, усеянное трупами врагов, и на полсотни пленных франков, стоящих на коленях, моля о пощаде. — Я всего лишь пару раз мечом ткнул из-за щита — и такая победа!

— Это еще не она, — покачала я головой. И скомандовала: — Готовим плоты. Большие. Чем больше, тем лучше.

И викинги под моим чутким руководством споро принялись за дело, благо лес был неподалеку.

— Я много раз говорил, что восхищен твоим умом, жена моя, — проговорил Рагнар, подойдя ко мне. — Идея использовать лучников позади щитоносцев была воистину потрясающей, хотя некоторые наши воины ворчат, что так и не смогли как следует поработать мечами в этой битве. Но объясни мне, почему мы атаковали правый берег, а не левый?

— Потому, что он выше левого, — улыбнулась я.

— Ничего не понял, — покачал головой Рагнар. — Ты как всегда говоришь загадками. Но ведь мы будем штурмовать Париж после того, как соберем все стрелы и отдохнем, правильно?

— Нет конечно, — улыбнулась я. — Совершенно ни к чему заставлять наших людей переправляться через Сену под градом стрел, а после лезть по стенам на мечи франков. Я хочу, чтобы мы больше не потеряли ни одного воина, а Карл Лысый признал свое поражение и поклялся, что более никогда не будет снабжать данов деньгами и оружием.

— Теряюсь в догадках как ты собираешься это сделать, — нахмурился мой муж. — А плоты тогда зачем?

— Скоро всё узнаешь, — улыбнулась я.

До изобретения павез, больших щитов, используемых при осадах как переносные стены, оставалось еще около пяти веков.

Но мне они нужны были сейчас.

А чтобы долго не объяснять викингам мою задумку, я дала более понятное им указание: стройте плоты. Когда же дело было закончено, я попросила приделать к краям «плотов» надежные ременные петли и приготовить для них подставки из обтесанных древесных стволов, а с внешней стороны прибить одеяла из оленьих и волчьих шкур, которыми викинги укрывались во время сна, предварительно хорошенько вымочив те мохнатые покрывала в речной воде.