Книга Дочь Одина, страница 18 – Любовь Оболенская

Я кивнула, принимая от саамки длинный нож, насаженный на костяную рукоять.

— Скажи, почему ты нам помогаешь? — задала я вопрос, который давно вертелся у меня на языке.

— А как иначе? — удивилась тётка Ларя. — В тундра принято так, помогать друг другу. Если по-другому, быстро сдохнешь, однако. Или замерзнешь, или волкам на обед пойдешь. Ну всё, хватит слова говорить, дело делать надо.

Шаманка побросала в жаровни пучки пахучих трав, отчего всё пространство тесной лаввы заволокло дымом, и принялась ритмично стучать в бубен деревянным билом, затянув монотонную песню...

Через некоторое время в плотном дыму мне начали чудиться какие-то тени... Пространство шалаша вдруг стало бескрайним, как целая вселенная, затянутая плотным туманом.

— Не ходи за мной сказала! — строго рявкнула на меня одна из теней — и исчезла в плотной завесе...

Но я чувствовала, что тётка Ларя что-то не договаривает.

Что именно?

Я не знала, но мне было очень тревожно...

Будто предчувствие какое-то посетило, что всё плохо закончится...

И я пошла, сжимая в руке нож...

Куда?

Я не знала...

В этом мире тумана не было видно следов, я даже своего тела не видела... Просто шла словно птица, которая летит, повинуясь инстинктам, а не разуму... Будто неслышный зов, тоненькая нота, звенящая в моей голове, вела меня сквозь туман... в котором я вдруг услышала голоса.

— Верни в Мидгард фюльгья моего брата, Ѝмир, — просила кого-то Ларя без малейшего намека на акцент. — Возьми меня взамен. Пусть Тормод поживет еще немного. Он нужен своей названнойдочери, которой необходимо пройти Великое Испытание...

Если вы читаете эту книгу без качественных иллюстраций и движущихся кинофрагментов, значит перед вами пиратский вариант данной книги. Богато иллюстрированная версия этого романа, в том числе, с движущимися картинками, находится только на сайтах точка ком и точка ру

Речь Лари прервал хохот, от которого туман вздрогнул, словно живое существо.

— А мне какое дело до ваших человеческих бед, старуха? — проревел жуткий голос. — Ты по глупости своей сама пришла в Нифльхейм, к краю бездны Ги́ннунгагап — значит, я просто заберу и тебя, и твоего глупого брата без всяких обменов. Зачем мне какие-то условия, если вы оба в моей власти?

Дрожащий словно от ужаса туман немного рассеялся, и я увидела тётку Ларю — в той же шаманской одежде, но молодую и красивую, с толстыми русыми косами, спускающимися аж до пояса...

А над ней навис громадной тушей трехметровый великан, сам словно слепленный из тумана и покрытый сверкающей изморозью. Они стояли возле края черной бездны, из которой тянуло жутким могильным холодом... У ног великана лежал Тормод — тоже молодой, с еще короткой бородой, связанный по рукам и ногам толстыми серыми веревками...

На мои шаги Ѝмир обернулся — и расхохотался, раскрыв громадную пасть, над которой сверкал единственный глаз без зрачка, похожий на кусок льда, вырезанный в форме шара.

— А вот и еще одна фюльгья пожаловала! — заревел великан. — Похоже, сегодня у меня будет знатное пиршество!

«Его сила в ледяном глазе»... — словно кто-то прошептал в моей голове...

— Вряд ли, Ѝмир! — звонко воскликнула я. — Ты питаешься прожитыми годами людей, как мертвец-драугр кровью, который забыл, что уже умер, и продолжает считать себя живым. Вспомни, как тебя убили потомки бога Бури — О̀дин, Вили и Ве. И теперь твоя тень вынуждена вечно скитаться по краю мировой бездны Ги́ннунгагап, в надежде, что твои мертвые слуги принесут тебе чью-то украденную фюльгья — ведь иначе ты просто сам превратишься в клок тумана...