Книга Хозяйка забытой усадьбы, страница 92 – Александра Воронцова

– Успел. Фаджио сказал, ему понадобится два-три дня.

Я насторожилась и вся обратилась в слух. Имперец? Фаджио? Уж не тот ли это Фаджио, про которого я думаю? И это мне запретили иметь дело с заговорщиками? Да тут куда ни плюнь одни шпионы!

– Как тебя угораздило, скажи на милость? – префект с отвращением смотрел на несильно широкую, но очевидно глубокую рану.

– Их было четверо, Мортензи, а я не Покровитель.

– Почему просто не смылся? К чему был этот бой? – осудил его префект, и я была с ним абсолютно согласна.

Я смотрела на то, как окутанные целительским заклинанием руки гильдийца занимаются кровотечением, и думала, что мне никогда не понять мужчин, которые ввязываются в такое добровольно.

– Госпожа Даргуа, мне нужны иголка и нитка.

– Какое варварство, – возмутился вечно недовольный Рин Керро. – В век прогрессивной медицины протыкать человека иглами.

– Если наместник вспомнит, каким путем он пришел и, каким скорее, всего уйдет, у него отпадут вопросы, почему я вынужден штопать вас по старинке.

Я достала из комода швейный набор, впервые испытывая желание покинуть гостей. Не уверена, что я готова смотреть на такое.

Лорд-герцог сощурился:

– А вы откуда знаете, что за дороги я использую?

– Я был на кухне и порадовался отсутствию люка и распахнутой двери в погребе, – усмехнулся Корбу.

В смысле «отсутствию люка»?

То есть это не было игрой слов?

Пока я отходила от шока, наемник приступил к своему болезненному делу, а Сангриено начал ругаться. На языке Королевства. Видимо, чтобы не смущать уши дамы.

Дама язык знала хорошо, и неожиданно для себя обогатилась парочкой новых оборотов.

Когда наместник выдохся, я взяла быка за рога.

Вряд ли кто-либо назвал момент удачным для расспросов, очевидно, что наместнику не стало легче, у него лишь иссяк поток красноречия, но он по-прежнему комкал плед, брошенный Марсией на постель. Тело его блестело от пота, лицо заострилось и побледнело еще сильнее.

Но я не могла смотреть без содрогания на то, как уверенно и безжалостно Корбу прокалывает кожу лорда-герцога, а когда шелковая нить следовала за сталью, мне становилось откровенно дурно.

Так что я решила, что небольшой допрос – неплохой способ и отвлечься самой, и отвлечь Сангриено от пытки.

– Лорд-герцог, как хозяйка дома, – в этом месте я дала петуха, потому что услышала скрип нити, – полагаю, я имею право на некоторые объяснения…

Теперь зашипел Сангриено, поскольку Корбу пришлось надавить на края раны, и я не выдержала:

– А нет способа обезболить хотя бы на время? – взмолилась я, глядя на гильдийца.

– Я же не целитель, способности – не равно образование. Увы.

При этих словах Фабио помрачнел. Было похоже на то, что ему известна некая тайна наемника, и она определенно касалась этих самых проблем с образованием.

– Не переживайте, госпожа Даргуа, – отозвался лорд Мортензи. – Подобными царапинами Сангриено не прикончить. И не такое выпадало по роду службы.

Итак, префект косвенно подтвердил, что он вояка. Возможно бывший высокопоставленный чин. Лорд-герцог же у нас генералом был? Возможно, поэтому Мортензи и торчал в Северной провинции на должности, которая вне всякого сомнения жала ему в плечах.

Не переживать? Я не переживаю вовсе за этого невыносимого, наглого, хамоватого и спесивого гада-предателя! Ни в коем случае!