Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 91 – Александра Воронцова

— Ты считаешь, что задирать юбку более удачным?

— Это отвлекающий маневр, — огрызнулась я.

Сейчас мне и самой казалось, что мы с Торни сглупили.

— Как только мы закончим, я покажу тебе недочеты в твоем решении, — многообещающе произнес Бладсворд.

Я наконец справилась и достала кинжал. Владетель забрал у меня его из рук, снял ножны и провел пальцем по лезвию, от чего оно на мгновение раскалилось до красна. Плеснув на него из бутыли, Бладсворд вернул его мне.

— Я не знаю, что делать… — жалобно призналась я.

— Я подскажу, — приободрил меня владетель.

Действовала я как в тумане. Повинуясь инструкциям Бладсворда, я вонзила острие в рану возле древка стрелы и чуть в обморок не упала, проворачивая его вокруг наконечника. С этого момента я могла только слушать голос владетеля и делать, что он говорит, если бы я хоть на секунду задумалась, я бы потеряла сознание.

Что собственно и произошло, когда я по приказу Бладсворда рывком достала болт. Увидев, как кровь толчком выплеснулась из зияющей раны, я провалилась в темноту, стискивая стрелу.

Перед тем, как свет померк перед глазами, мне почудилось, что я порезала мизинец, но не придала этому значения.

Вместо обморока меня накрыло видением.

Кровавый поток у меня перед глазами превратился в рубиновое вино, вытекающее из горлышка бутылки, упавшей на грубый дощатый стол.

— А ты, я сморю, не очень уважаешь напиток из виноградников самого Бладсворда, — уже знакомый голос царапнул слух.

Он принадлежал тому самому гостю владетеля, с которым Освальд беседовал в лесу после свидания я Джиной.

— Зря. Семьдесят лет выдержки.

Говорил этот тип насмешливо, но в тоне его чувствовалось раздражение.

Сам он сидел у камина в глубоком кресле, накрытом местами свалявшейся шкурой. Огонь освещал его камзол в распахнутом плаще лучше, чем лицо. Казалось, если он подастся чуть-чуть вперед, я наконец смогу его разглядеть как следует. Пока же оставалось довольствоваться тем, что он брюнет, и манжеты рубашки, выглядывавшие из рукава, обшиты белоснежным дорогим кружевом.

— Я не уважаю тех, кто испытывает моювыдержку, — грубо ответил ему собеседник.

Вот его я могла рассмотреть в деталях.

Колоритная личность.

В годах, но еще не стар, однако внешне возраста ему прибавляла абсолютно седые волосы, стянуе в небрежный хвост кожаным ремешком. Загорелое обветренное лицо, яркий синий взгляд из-под густых бровей, шрам над бровью. Приблизительно так я себе представляла пиратов, когда читала о них в детских книжках.

— То есть ты отказываешься, Томас? Что скажет на это Джина? — надавил гость.

— С ней я как-нибудь разберусь, — отрезал хозяин жилища.

В том, что именно он был хозяином, сомнений у меня не было. Слишком проста и небогата была обстановка для того, на чьем пальце блестело кольцо с крупным изумрудом. За цену, вырученную от продажи такого камня, можно было бы купить неплохое деревенское хозяйство. Здесь же от всего веяло аскетизмом.

— А со мной? — вкрадчиво уточнил гость. — Со мной ты готов испортить отношения?

Томас отложил в сторону напильник, которым подтачивал наконечник стрелы.

— Можно подумать, сейчас мы друзья.

Скупость слов лишний раз подчеркивала не только нелюдимость хозяина, но и его откровенное нежелание разговаривать с конкретным человеком.