Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 159 – Александра Воронцова

Птица за разорвала силки и, взмахнув крыльями, уронила мне под ноги цветок, как приз за победу, а сама вернулась к Райану. Села на подставленный локоть и истаяла.

В недоумении я смотрела я нежные лепестки на серых камнях возле ботиночек.

Бутон был такой нежный, что выглядел чудовищно неуместно.

Я наклонилась, чтобы его подобрать, но что-то меня остановило.

Второй взгляд поменял мое мнение о подарке ястреба.

Это был не цветок.

Это была маленькая пестрая змейка, невесть как обманувшая мое зрение.

И я отступила назад.

Чешуйчатая издевательски высунула раздвоенный язык и броском переместиласьк расщелине между двумя камнями. Исчезла она в одно мгновение, не оставив после себя и следа.

Меня трясло.

Я словно весь день работала на каменоломнях.

Только я хотела сказать Бладсворду, что на сегодня с меня хватит, как боль в спине стала невыносимой. Сил у меня и так оставалось немного, а сейчас я, не выдержав, рухнула на колени.

Виски сдавило не то, что стальными тисками.

Мне показалось, что острые когти впиваются в голову с неумолимой жестокостью.

Перед глазами опустилась мутная пелена, сквозь которую я увидела, как Бладсворд рванул ко мне, но что-то внутри меня взбунтовалось.

Этот человек только и делал, что причинял мне боль! Я не выдержу еще одного испытания. Это не тренировка! Это издевательство!

Не хочу!

Не хочу, чтобы он ко мне прикасался!

Никто не смеет причинять мне зло!

Вскинула руку, останавливая владетеля, и увидела, как магия, сорвавшаяся с пальцев, отбрасывает его.

Больно. Мне очень больно.

Слезы текли ручьями по щекам, и я не могла их остановить, как не могла и подняться с колен.

Сырая сила, бурлившая в крови, словно сошла с ума.

— Энни, — звал меня Райан. — Энни посмотри на меня.

Он воспользовался тем, что я отвлеклась и все-таки подошел ко мне. Попытался взять мою руку, но я, как загнанный раненный зверек, готова была на все, чтобы меня не трогали. Я не понимала, что со мной происходит. Боль и страх терзали меня.

— Энни, девочка моя, позволь помочь…

Уже помог.

Какая же я глупая, что связалась с ним.

Я отмахнулась от Бладсворда, и пространство между нами вспорола призрачная когтистая лапа. Райан отшатнулся, но не отступил.

— Энни, слишком рано… Ты без меня не справишься… Тебе не хватает сил побороть…

Что он несет? Конечно, мне не хватает сил бороться, мы же меня опустошили почти полностью!

Я снова пустила в ход дымчатые когти, на этот раз расцарапав Бладсворду щеку.

Мне все еще было плохо видно. Пелена никуда не делась, а слезы застилали глаза, и на какой-то миг Райан пропал из поля зрения.

Почти сразу я ощутила, как он, опустившись позади на меня на колени, обнял, прижимая спиной к своей груди. Усилившийся ветер трепал мои волосы, и они хлестали владетеля по лицу.

— Прости, — он поцеловал меня в макушку, а затем надавил пальцем на точку на шее, и перед глазами все исчезло.

Теплая уютная темнота, в которой нет боли, приняла меня в свои объятья.

Даже, когда я услышала, как меня зовет Торни, мне очень не хотелось возвращаться туда, где может быть так больно.

— Леди Энни, вы стонете… Вам снится кошмар. Просыпайтесь, — она ласково гладила меня по голове.

Кошмар? Мне все приснилось?

Но стоило мне повернуться, чтобы прижаться гудящей головой к теплому боку горничной, как спину словно прострела магическая ледяная стрела.