Книга Приют Деда Мороза, страница 59 – Лара Барох

Старуха Киль периодически плакала от радости, молилась Всевышнему и норовила поцеловать руки служанкам. Объяснения не помогали. Она решила, что мы — ее спасительницы и по своему выражала благодарность. Но по слеповатости частенько промахивалась, и пытаясь поцеловать то полено, что проносили служанки, то кувшин… чем вызывала очередной приступ смеха.

Храмовники приходили через день, но не для того, чтобы учить всех молитвам. Они разговаривали, по-человечески интересовались судьбой каждого ребенка, и рассказывали известные примеры из жизни. Подбадривали и наставляли во всем слушаться меня и госпожу хозяйку. Мне иногда казалось, что они сами отогревают душы возле детей.

Известий от хозяйки не поступало. Единственные люди, у кого можно узнать новости — храмовники. Но я боялась им рассказать о заговоре и госпоже. А поэтому и новостей спросить не могла. Тревога не покидала меня, в голове время от времени возникали самые ужасные картинки. Вот, в центре огромной площади эшафот. Рядом палач в красном балдахине и маске. На эшафот медленно, обреченно поднимается наша госпожа…

— Ты чего не радуешься? Посмотри дети как хорошо устроились. — Время от времени окликали меня Ирма или Гандула. А я лишь вздрагивала от их расспросов.

Дней через пять действительно, вновь прибывшие детки отъелись и перестали шарахаться от нас. Служанки в этом также много способствовали. Они как-то сразу нашли общий язык с мальчишками. Здесь — подсоби с дровами, там — сбегай на конюшню, принеси ведро с молоком, или собери яйца у кур. И мальчики охотно откликались. Одним словом те и другие чувствовали себя при деле.

А потом вернулась хозяйка, похудевшая, осунувшаяся, и в сопровождении незнакомцев в черном. Они прошли по всем помещениям, совершенно молча и ни на кого не обращая внимания. А затем приказали выделить им покои и первой на допрос вызвали меня.

— Как зовут? Откуда родом? Как давно работаешь здесь? — Двое крепко сбитых мужчин с острым взглядом, задавали вопросы наперебой, не давая мне опомниться.

Я отвечала по ранее заготовленной легенде, и молила только об одном — чтобы хозяйка не выдала мой секрет о попаданстве. Но уже вскоре по их вопросам поняла, что беспокоиться об этом не стоит.

Дальше они расспросили про мой единственный визит на рудники, и мои подсказки Лензу. Как додумалась? Кто научил? И прочее.

Я взвесила свои шансы. Обмануть этих людей у меня не получится. А вот если буду юлить и врать, то живой отсюда не выйду.

— Здесь все просто. Я же служанка, и мы общаемся с подругами. У нас есть глаза и уши, мы многое видим и замечаем. Но господа на это совсем не обращают внимание. Не стесняютсяв нашем присутствии обсуждать, да вот хоть бы состояние дел у соседей. Я видела, что сердце у госпожи хозяйки не на месте, волнуется она очень. Как будто предчувствует неладное. Вот и предложила последить за арестантами. Или как их там называют. А оно вона как обернулось…

В возникшей тишине я отчетливо слышала биение собственного сердца. Эти двое молчали, сверля меня взглядами и видимо обдумывая услышанное. Сколько это длилось — по моему вечность.

— Нам бы таких умненьких служанок! — Наконец рассыпались они смехом, и я сглотнула слезы. Радоваться, конечно еще рано, но прямо сейчас меня точно не убьют.