Книга Попаданка, предсказанная дракону, страница 17 – Надежда Фатеева

Наши взгляды встретились на одно, краткое, вечное мгновение. Он не кивнул, не улыбнулся. Он лишь слегка прикрыл веки, безмолвноговоря: «Я знаю». А потом его взгляд стал твердым, как булат, и обжигающе обещающим. Он что-то замышлял и готовит ответный удар, я была в этом уверена.

Но времени не было, его просто не осталось. Всего одна ночь. Последняя ночь перед бездонным концом или перед новым, еще более опасным и непредсказуемым финалом. Я вспомнила ту самую гравюру, что видела на роковой выставке, – могучего дракона, обвивающего своим телом хрупкую маленькую башенку.

Я не знала, можно ли доверять Лео, но выбора у меня больше не было. Нужно было либо бежать этой же ночью, либо смириться с гибелью. На карту было поставлено все – жизнь, свобода, сама моя душа.

Алиса.

Божечки! Последняя ночь… Эти слова отдавались в висках навязчивым, паническим стуком. Я сидела на краю той самой широченной кровати, вцепившись пальцами в шелк, и пыталась не смотреть на лунный свет, заливающий пол в моих покоях. Он был похож на дорожку к эшафоту. Завтра. Свадьба. Ритуал. Конец моей жизни.

Каждая тень в комнате казалась стражником, каждое дуновение ветра за окном его шагами. Я была мысленно уже в той высоченной башне, уже чувствовала холод каменных стен и жар его драконьего дыхания. Отчаяние было таким густым, что им можно было захлебнуться.

Тихой ночи не было. Было напряженное, звенящее ожидание. И тут, в этой звенящей тишине, раздался скрежет — тихий, едва слышный, будто кто-то провел ногтем по камню. Я замерла, сердце заколотилось где-то в горле. Скрип повторился, на этот раз ритмичный, будто царапали в дверь.

Не смея дышать, я подкралась и прильнула к дереву. За дверью никого не было видно, но скрежет не утихал. И тогда я заметила его — маленький, смятый клочок пергамента, просунутый в щель между дверью и полом. Я схватила его, развернула дрожащими пальцами. Тот же угловатый почерк.

«Готовься. Жди сигнала. Будет шумно. Дверь в коридор откроется. Беги на кухню. В подвале. Жду.»

Сигнал, какой сигнал? Я прижала записку к груди, чувствуя, как безумная надежда снова пульсирует в крови. Это был либо спасательный круг, либо последняя, самая изощренная ловушка, но выбирать мне не приходилось.

Я надела самое темное, простое платье, чтобы оно как можно меньше было заметно в темноте, прихватила мешочек с монетами и замерла у двери, вся, превратившись в слух. Минуты тянулись, как часы каждый удар сердца отдавался в ушах и вот он …грохот. Оглушительный, металлический, донесшийся с противоположного конца замка. Крики, топот, звон разбитого стекла. Сигнал, тот о котором говорилось в свитке.

Я рванула дверь на себя. За ней коридор был пустынным, ни единого человека, охрана, видимо, бросилась на возникший шум. Сердце колотилось, ноги подкашивались, но я вылетела, как ошпаренная, по знакомым поворотам, стремясь оказаться к кухне. Запах еды, дыма и специй ударил в нос, когда я ворвалась в огромное помещение с потрескивающими очагами и дымящимися котлами. Оно тоже было пусто,повара и слуги, вероятно, тоже побежали смотреть на происшествие.

— Не мешкай! Скорее сюда, Алисия, давай же...

Из тени у огромной кадки с солеными огурцами вышел он. Лео. Не в ливрее дворецкого, а в темных, практичных штанах и тунике, через плечо — перекинута свернутая веревка и небольшой мешок. Его серые глаза блестели в полумраке, на лице витала не насмешка, а собранность и решимость.