Книга Академия отвергнутых. Худшая на отборе, страница 23 – Анна Дрэйк

Черные волосы слегка растрепаны, что придает ему небрежный, но в то же время соблазнительный вид. А свет отбрасываемый от свечей играет на его светлой коже, подчеркивая контуры его лица — высокие скулы, прямой нос и выразительные губы. А ярко-синие глаза будто светятся в полумраке.

Он медленно, почти гипнотическим движением выпрямляется.

— Значит, всё-таки пришла, — усмехается он. — Молодец, умная девочка.

— Разве могу я ослушаться приказа самого Императора? — Отвешиваю я издевательский поклон, хотя сердце под его пристальным взглядом стучит так, что его кажется слышно в соседних королевствах.

— Тем более, что я говорила, что приду. Я же не мужчина, моим словам можно верить, — усмехаюсь я.

— Сколько яда в словах, — хмыкает Бэрсинар, но от этого только интереснее. Будешь что-то?

— Он кивает на столик с закусками. — Мясо есть, не волнуйся.

— Как заботливо с вашей стороны, — мило улыбаюсь я. — Но сейчас ограничусь кое чем другим.

Я намеренно неспешно подхожу к столу, где стоят различные закуски, и нахожу бутылку ярко-красного вина. Вдохновленная атмосферой, я открываю её, наливаю в два бокала и, не сдерживая себя, поворачиваюсь к Бэрсинару с резким и провокационным движением.

— Ваше Величество, — я с озорной улыбкой, поднимая бокал, — давайте выпьем за наше знакомство. Пускай оно будетнастолько тесным, насколько вы этого желаете.

Он принимает бокал, но слегка прищуривается:

— Если бы я не видел, что бутылку открывали при мне, то подумал бы, что ты отравила вино. С чего это такая резкая смена настроения? Я считал, что с твоим темпераментом ты здесь устроишь настоящий погром и пожар.

— Ну, что вы, — я изображаю смирение и опускаюсь в глубоком реверансе. — Желание Императора для меня закон. Но насчет пожара, — я слегка прищуриваюсь. — Вы абсолютно правы. Он точно будет. Но надеюсь, что он вам понравится.

Глаза Бэрсинара блестят от любопытства и желания и мне это только на руку.

Тем ярче будет его разочарование, когда он ощутит жар огненного поцелуя.

Мы выпиваем, и я чувствую, как вино разогревает меня изнутри.

И я решаю повысить ставки.

Легко бросаю бокал в сторону (он приземляется на мягкий ковер, так что ничего не разбивается) и, не дожидаясь его реакции, начинаю танцевать. Медленно будто в трансе, закручиваюсь, поворачиваюсь вокруг себя.

Потом в танце подхожу к Бэрсинару и прогибаюсь перед ним в спине назад, так что волосы касаются пола.

Но едва он протягивает руку, чтобы коснуться моего плеча …или возможно груди, как я резко выпрямляюсь, и в шутливой манере покачав указательным пальцем, вновь отхожу назад.

— Аппетит нужно нагулять, о Великий Император, — смеюсь я, а после скидываю халат и одним движением переступая с пола на стул, а после на стол.

— Кажется пожар уже передо мной, — низко говорит Бэрсинар подходя ко мне, а я с удовольствием отмечаю, что он не в силах оторвать от меня взгляда. — И ураган тоже.

— Вы сами призвали это стихийное бедствие к себе. Теперь, наслаждайтесь последствиями.

Я делаю несколько грациозных шагов, лавируя между тарелками, а после добавляю еще больше смелых движений, разжигая его желание еще больше.

Но в какой-то момент Бэрсинар не выдерживает.

— Хватит играться.

Он одним движением снимает меня со стола и прижимает к себе.