Книга Сердце черного замка, страница 16 – Алана Алдар

— Риэрн, — прервав повисшую над столом паузу, маг промокнул губы салфеткой и отпил вина, поданного к ужину. Марта к своему напитку не притронулась, вероятно, опасаясь, как бы тот не оказался слишком крепким, или попросту боялась, что маг решил опоить ее и заполучить на ночь глядя безвольную на все согласную куклу

"Нет, дурочка, так не интересно", — промелькнуло в голове, прерванное удивленным: — Что?

— Ты уже который раз сокрушаешься, что забыла уточнить мое имя, — едко пояснил маг. Марта вздрогнула, как пойманный с рукой в чужом кармане воришка. Видно решила, что хозяин дома читает ее мысли, как открытую книгу.

— Ты очень громко думаешь, — тут же ответил мужчина с усмешкой, отставив бокал и теперь изучая девушку колким своим взглядом. Гостья отложила приборы и даже подняла на мага взгляд, как будто бы хотела попробовать тоже прочесть его мысли.

К счастью, делать это она не умела. А если бы умела, то уже бежала бы из замка, без оглядки. Потому что как раз сейчас, глядя на нее, Риэрн вспоминал, как перепачканные теплой кровью его руки сжимали в пальцах такие же вот светлые локоны случайно зашедшей в лес непрошенной гостьи…

Ее локоны пахли медом. Риэрн помнил затуманенный болью взгляд, далёкий, прощающийся. Простенькое платьице, какая-то дешёвая ткань, светлая: то ли застиранная, то ли нарочно выбеленная. Почти как саван. Худое тело корежило предсмертными судорогами. Он мог бы ее спасти. Магия не возвращает с того света, но раны телесные вполне способна залечить. Стучащая в ладонь кровь бы остановилась, и девушка получила бы шанс. Но Риэрн даже не пытался: кому суждено умереть, должен пройти свой путь и явиться на суд богов. Тогда, когда призвали. Маг вынес тело к границе леса и оставил у кромки. Пусть селяне решают, что делать дальше.

Почему ему вдруг вспомнилось? От того, что у Марты тот же оттенок волос? Да мало разве знал он блондинок?

— Как часто надо кормить луноцвет? — отложив прибор вдруг спросила Марта. Риэрн вздрогнул, вырванный мягким ее голосом из раздумий. Тон ее, такой же сдержанно-сухой, как бывает на формальных встречах среди магической знати, шел вразрез с заинтересованным свечениемглаз. Яркие, сочные и такие глубокие, что от нырка в радужку вдруг заложило уши. Маг даже чуть заметно качнул головой, чтобы сбросить это неприятное ощущение.

— Каждый день, — на лице ее ничто не дрогнуло от перспективы делиться с растением кровью.

"Глупая девочка, ты так ничего и не поняла".

Стоило ли говорить ей правду? Риэрн представил, как через неделю волосы ее поскуднеют, потеряв блеск, а лицо осунется и посереет. Картинка эта совершенно не пришлась ему по душе.

"Какое бы мне дело вообще?" — подумал он, обескураженный даже самим фактом небезразличия.

— Луноцвет обладает такой силой, потому что растет, забирая их у дурачков вроде тебя, готовых на все ради мечты, — в голосе явно слышались насмешка и презрение. — Отдавая ему кровь, ты отдаешь жизненные силы, — вот теперь поняла. Глаза расширились, грудь ее небольшая, плотно сжатая лифом платья, качнулась под удивлённым вздохом и опала, будто обессилев.

— Хватит ли в тебе жизни, чтобы дать жизнь ему? — Риэрн качнул плечами. В девчонке не было магии, значит, быстро восстанавливаться она не могла. О том, чтобы подкармливать ее силой не могло и речи идти. Так что даже при самом лучшем раскладе, получи она желаемый луноцвет, попросту будет уже не в состоянии донести добычу обратно домой. Даже если допустить, что лес ее отпустит. Риэрн вот ещё не решил, стоит ли отпускать.