Книга Ведьмина Ласка, страница 82 – Мию Логинова, Алана Алдар

— Ну раз ты решил… воля твоя, — Рожана подняла руку, резко сомкнула пятерню и зов стих. — Будет у твоей Василисы все, что ты нагадал. И детишки, и счастье. Считай, что подарок ей на прощание вымолил. А теперь иди. Тебе пора.

Тело мое вдруг стало лёгким, голова наполнилась воздухом и стало блекнуть Василисы лицо, кукла ее, память о бабке и матери… все продернулось дымкой.

— Я все забуду? — голос собственный тоже казался теперь мягким шевелением ветра в берёзовых ветках.

— Забудешь, Емеля. Все забудешь. Освободишься душой. Ступай.

И поляна померкла.

Василиса

Минуты растянулись в вечность. Расплавленное серебро мерцая ярко, вдруг ударив по глазам яркой вспышкой, померкло. Вместе с этим затихли птицы, смолкли шепотки в стае Волкова. Поляну укрыла мёртвая тишина.

Кожа Яна как будто стала разом прозрачной, черты лица заострились, будучи всё ещё покрытыми кровавой коркой.

— Это ведь… не может быть, — дрожа всем телом, хрипло прокаркала я, пытаясь потянуться, прикоснуться ладонью к пергаментно-белому лбу. Однажды, очень и очень давно мне довелось видеть такое же. Именно так умерла мама, изменившись в одночасье: румяное, налитое жизнью и светом лицо покрылось особым отпечатком смерти мигом. — Он сделал свой выбор, девочка, — Заряна, перехватив мою руку за локоть, больно ее сжала. — Нет больше права у нас дёргать и звать его душу.

Сделал…Услышав слова женщины, обернувшись волками, протяжно, горько взвыла часть стаи, словно провожала в последний путь своего собрата, хотя, почему словно, Ян ведь и был оборотнем в каком-то роде.

Обессилено опустившись на колени, я дала тонкой струне надежды, что звенела напряжением внутри, оборваться, затапливая сознание тягучей, чёрной пустотой. Словно вторя мне и поддерживая, солнце начало опускаться за горизонт, придавая окружающему миру траурный, пепельно-оранжевый оттенок. Вокруг стояла глубокая тишина, которую нарушал только редкий шорох ветра и тихие вздохи тех, кто не обернувшись все еще обступали нас в человеческой ипостаси.

И что дальше?

— Всеволод устроит захоронение. По воле богов и навьим заветам. В яви он давно нежилец был, — видимо, я спросила вслух, так как Заряна, поднявшись с колен, положила магическую серебрушку Яну на лоб, оторвав перед этим трёхцветные нити. — Будь сильной, — её голос был мягок, но одновременно твёрд. — Тебе предстоит многое пройти, многое выучить и много кому помочь.

— Помочь? Чем и кому?!

— Маша, например, — Заряна кивнула в сторону Волкова, — ты ведь так и не поняла, да, в чём твоя сила? Фамильяры Яги, маленькая ласка и мужчина, понявший и принявший себя?

— Ты — Берегиня, как и я.

— Добро, сила, помощь и принятие… — Взгляд метнулся к Всеволоду, что бесшумно подошёл к нам, — в навьем Берегини усматривают в каждом из нас душу, страждущую и ищущую путь. Их слово — это шёпот воды, мелодия природы,где каждый звук — рассказ о жизни, о любви, о боли и радостях. Каждым своим действием, Берегини учат нас любить и ценить мир вокруг, напоминая о вечной связи с природой.

— Ты помогла Маше Волковой принять и осознать свои страхи, — мягко перехватив слово, напомнила Заряна, — только с тобой у неё получилось принять себя, найти то единение женского начала и Матери Сырой Земли, что даря нам свои богатства кормит и взращивает новые поколения, сама того не ведая, играючи, стала ей проводником. Ты стала, для утративших хозяйку, фамильяров новым якорем и источником силы, благодаря которому они смогут жить и помогать другим, словом и делом. Ты оживила родовой оберег, и, конечно же, ты помогла душе Емельяна очиститься и выбрать правильный путь.