Книга Присвоенная ночь. Невинная для герцога, страница 7 – Наталия Журавликова

С волнением ждала я продолжения его речи. Но Хорлин утомился, перевел дыхание.

Он медленно сжал мою ладонь ледяными пальцами.

— Как хорошо, что сегодня с нами владелец всей нашей губернии.

Лорд-наместник вручил мою руку надменному герцогу.

Секретарь объявил:

— Эшбен Хорлин, лорд-наместник герцога в Медлевиле, уступает право первой ночи с новобрачной своему сюзерену Максвеллу Коллину, правителю Ремтиллена.

— Эрмин, — обратился лорд к молодому властителю,кряхтя, — не откажите мне в этой малости, для меня честь предоставить вам свое право.

— Что ж, — сильные пальцы уверенно сжали мою руку, — с удовольствием присвою его. И проведу ночь с этой красавицей.

Лорд отступил, и Максвелл Коллин потянул меня на себя.

Я боялась взглянуть на него. Он был таким значительным, таким нездешним. И выше меня на целую голову.

— Как зовут тебя? — голос герцога оказался низким и бархатистым.

— Арлин Демари, — ответила я, и быстро поправила сама себя, — Палестри по мужу.

— По мужу, значит, — Максвелл наклонил голову вправо, рассматривая меня с интересом.

А потом посмотрел прямо на моего Мартина.

— А ты муж и есть?

Мартин глотнул, а потом кивнул соглашаясь.

— Согласно нашему укладу, ты откупиться можешь, муж. Женщина тебе досталась завидная. Так что хочешь быть первым у нее, прими на площади двадцать ударов плетью по спине. Сейчас.

— Эрмин Коллин! — Орелия вышла вперед, прикрывая собой сына. — Кто мы такие, чтобы волю властителя нарушать? Да и это ж такая честь для всей нашей семьи.

— Прямо-таки для всей? — прищурился Максвелл. — Но я забираю только ее. Неужели ты, парень, не хочешь отстоять свое сокровище?

— Я… — замялся Мартин.

А я смотрела на него с ужасом и надеждой. Вот сейчас он скажет, что никому не отдаст меня, свою любимую жену. И готов выкупить мою честь, спасти, пожертвовать собой.

Но Мартин попятился, спиной налетев на алтарь.

— Воля герцога — закон для нас! — выкрикнул он. — Арлин, будь… будь умницей.

Я не могла сказать ни слова в ответ на это.

Но когда слуги подхватили меня под руки, чтобы увести в экипаж, я начала кричать и сопротивляться, пытаясь вырваться.

— Тихо, тихо, — ласково приговаривал за спиной наместник, — только хуже себе этим сделаешь. Нельзя идти против обычаев, беда может случиться.

Я вздрагивала всем телом, по лицу струились слезы. Под фатой их не видно, одна радость, пусть и сомнительная.

В экипаже, в который меня затолкали, больше никого не было.

Я дергала дверь, но карету заперли снаружи. Иначе с меня сталось бы выпрыгнуть наружу. Провести свою первую брачную ночь с властным, надменным герцогом — что может быть хуже?

Этот молодой мужчина вряд ли откажется поразвлечься без обязательств! Те немногие подружки, что у меня есть, любили о таком посудачить. Если кому из эрминов дать возможность залезть под юбку к молодухе, мигом все воспитание и образование как дождем смоет! И если о пощаде просить, это только раззадорит. Эрмины любят объезжать кобылок с норовом.

Вспомнив, с каким мечтательным выражением эту фразу произносила соседская дочка, прикусив губу и закатив глаза, я зарыдала уже в полный голос.

Карета остановилась. Снаружи послышались стук и бряцанье. Дверь открылась, и мужской бас дурашливо протянул:

— И кто у нас там прячется? Давай, лапушка, выбирайся.