Книга Присвоенная ночь. Невинная для герцога, страница 101 – Наталия Журавликова

Но если это тот самый экипаж, что увез герцога, где же он? Почему молчит?

Очень-очень осторожно я выглянула из-за экипажа.

Трое мужчин стояли ко мне спинами, разглядывая что-то у них под ногами.

Один из них — Лансер, второй — совершенно точно Келавс, я узнала его широкую спину и косматый затылок. Форма королевского дознавателя трещала на нем по швам.

Третий человек был мне незнаком. Он также был одет как государственный служащий.

— Тебе надо было сидеть спокойно дома, пока не пришла бы весть об убийстве герцога, — прорычал оборотень.

Я очень надеялась, что он по обыкновению заткнул ноздри и не почует меня.

— Убийстве? — взвизгнул Лансер. — Но об этом не шло разговора, эрмины!

— Не твоего ума дела, что мы собираемся делать дальше, — с усмешкой произнес третий участник беседы, — тебе заплатят за информацию, а не за советы и мнение.

— Раз уж ты тут, поможешь его дотащить, — сказал оборотень, — бери за ноги, а я возьму за плечи. А ты, Декс, будешь светить, в подвале темно.

Мужчины подняли связанного, бездыханного человека.

И это был Максвелл Коллин!

17.2

Как быть?

Спрятаться обратно в повозке и малодушно ждать, что как-то все обойдется, я не собиралась.

Но и выбежать с криками разоблачения было бы глупо. Только на себя беду навлеку и вместо одного погибнут двое.

Мужчины, несущие Коллина, зашли за дом.

И я приняла единственное возможное решение.

Быстро выбежала из своего укрытия и метнулась в приоткрытую дверь времянки, молясь всем духам и богам, чтобы там никого не было.

И мне повезло. Запущенный, пахнущий пылью, застарелой грязью и мышами домик был пуст. Толькопод ногами пол вибрировал, я слышала гул голосов. Они в подвале.

Наверняка там будет заперта дверь. Надо попытать счастья, вдруг да мое везение не закончилось удачным проникновением в избушку, и я найду ключи?

Осторожно ступая по гнилым половицам, чтобы меня не услышали те, кто снизу, я обыскала убогое помещение.

В нем были ветхий столик с двумя выдвижными ящиками, одна из ножек подломлена и перехвачена бечевкой, полуразвалившийся комод с оборванными ручками, табурет, лежащий ножками вверх и вешалка, заваленная дурно воняющей одеждой.

Все покрыто слоем паутины и пыли.

Кажется, домиком не пользовались, только подвалом. Да и то вход в него был с улицы.

Я сновала по комнатенке, стараясь не производить никаких звуков. Когда рассохшееся дерево скрипнуло при попытке выдвинуть ящик стола, дыхание перехватило, казалось, упаду без чувств от ужаса. Тело покрыла липкая испарина, сердце сначала замерло, затем пустилось вскачь, как буйный конь.

Но никто не прибежал разбираться, кто тут шумит. Возможно не услышали.

Оставалось надеяться на это!

В столе не было того, что я искала. Но находки в ящиках меня не порадовали. Они оказались просто тошнотворными!

Гнилые, почерневшие объедки, огарки свечи и, о ужас, кости животных, шерсть с рыжими кровавыми следами и усохшие куски внутренностей, как для ритуалов.

Едва справившись с тошнотой, я переместилась к комоду. В нем было три ящика, которые открывать было еще труднее, ухватиться не за что!

Но я справилась, поскольку отчаяние придавало мне сил.

Первый ящик был почти пуст. В нем была только лишь черная тетрадь в кожаном переплете, с бронзовой застежкой.

Почему-то при взгляде на нее я испытала страх, не хотелось касаться этого предмета, что казался зловещим.