Книга Тюремщица оборотня, страница 87 – Ли Литвиненко

— Но это последнее что связывает тебя с прошлым? — Догадалась Мина.

— Значит, пришло время задуматься о будущем. — Он хитро подмигнул соседке.

В её душе разлилось чувство безмерной благодарности, а на глазах выступили слезы. Бедняга, сколько же ты пережил за свою жизнь? Сколько натерпелся? Захотелось уткнуться ему в грудь, обхватить руками огромные плечи и ласкать, гладить, нежится на сильном теле. Благодарить. За то, что не бросил в беде, выходил, отогрел.

Метал, был мягким и кусочек, весом грамм в пятнадцать, быстро отломился. На обломке, три волка бежали друг за другом, среди высоких сосен. Урсул положил его на остаток чурбачка и стал бить поленом. Рисунок смялся, покривел и вскоре совсем исчез. В глазах Урсула промелькнула грусть, словно оборотень стер не гравировку, а часть своей жизни. Годом раньше, он ни за что бы не отдал браслет человеку, даже за собственную жизнь. Пусть бы вечно оставался спрятанным там, между плитами. Но сегодня у него появилась безделица подороже. Посмотрев на Мину, быстро отогнал темные мысли, он больше не будет смотреть в прошлое, впереди уже маячит свободное будущее. Не хотелось, чтобы девушка переживала из-за этой потери, и он расслабил мышцы лица, чтоб выглядеть безразличным.

В его руках маленький ключ, распорядится им правильно, было теперь важнейшей задачей.

— Есть в городе ювелирная лавка?

— Есть, — Задумалась, вспоминая вывески на дверях городских улиц. — И не одна.

— Сегодня никуда не пойдешь. — Твердо объявил Урсул. — Завтра или может послезавтра.

Потянул к себе, всмотрелся в крапчатое личико и жадно накинулся на рот.

— Соскучился, — Простонал в открытые губы. — Боялся, что не увижу больше твоих туманных глаз.

Бледные щеки Мины осветились легким румянцем, а Урсул обхватил затылок и притянул к решетке шею. Жадно вдохнул, щекотно уткнувшись носом.

— Боялся остаться без твоего аромата. — И прихватил кожу, посасывая. — Сла-а-а-дка-а-а-я. — Застонал в плечо.

Ласки на шее были сначала щекотными, но от возбуждения они переросли в острое наслаждение. Девушка застонала. Большой палец Урсула прошелся по губам и скользнул в открытый рот. Мина инстинктивно обхватила его и стала посасывать, как он до этого сосал её язык. Урс вскинул брови и засмотрелся, забыв о медовой коже. Было в этом столько всего порочного. Почему-то Мине показалось, что во рту у её он хотел видеть не палец… А совсем другую часть своего тела. Щеки от такой мысли загорелись жарче. Она посмотрела Урсулу в глаза и, желая узнать так это или нет, показательно втянула палец в рот, следя за реакцией, а её руки в это время спустились на его пах. Оборотень жадно глотнул и тихо заскулил, словно выпрашивая что-то.

Дать ему это? Почему, нет? Он столько сделал для неё за эти дни, пусть это будетеё благодарностью. И она медленно стала спускаться вниз, держась одной рукой за решетку. Во взгляде нерешительность. Огонь. Смущение. Огонь. Желание…

— Хочу попробовать тебя. — Объяснила девушка, потянув за веревки штанов.

— Ну… — Хрипло хохотнул, чтобы не показать растерянность. — Рискни, любопытная человечка.

— «Ладно, Дразнилка, сейчас получишь». — Мстительно решилась девушка.

Их взгляды на мгновение сцепились, опалив друг друга огнем. Член, твердый, голодный, выпрыгнул ей навстречу, мазнув по щеке, и качнулся в сантиметре от губ. Головка словно налита соком и на вершине блестит мокрой жемчужиной, капля возбуждения.