Книга Тюремщица оборотня, страница 104 – Ли Литвиненко

В Мину будто ударяет молния, она выгибается, упираясь спиной в решетку, и громко стонет. Он вскидывает на неё глаза и кажется, улыбается. Она не видит, но чувствует, как растягиваются его губы.

И повинуясь его жадному взгляду, она опускается ниже, почти садясь на его лицо. И чувствует как его язык, скользящий по её промежности.

О небо! Как же сладко! Ее аромат такой восхитительный, что он на волоске от оргазма. А её вкус лучше божественного нектара. Стараясь поглотить как можно больше, Урсул жадно лакает её сок. Шершавый язык бегает по нежной скользкой коже. Такая восхитительно обнаженная! От наслаждения оборотень стонет, пуская по ней волны вибрации. Потом проникает языком междумягких створок. Находит твердый бугорок. Да! Она вскрикнула громче, и словно подсказывая ему, что нужно делать, уперлась в губы клитором.

— Пожалуйста! — Умоляет девушка и словно маленькая наездница, начинает двигаться на нем. Её рука ложится ему на лоб, проходит по волосам, хватает за короткий ершик и сильнее прижимает его к себе.

— Ууу. — Тихо воет, как маленькая лисичка.

Потом кисть разжимается и поднимается вверх. Ложится на торчащую грудь, пальцы машинально пощипывают сосок. Смотреть, как она ласкает этот розовый бутон — блаженство. От дикого желания охватившего тело, Урсул быстрее заводил кулаком. Кажется в этом заезде, к финишу он придет первым. Он поднимает глаза и видит как Мина, откинувшись на решетку, покусывает свою ладонь. Щеки горят, спина выгибается в такт с его языком. Оборотень не видел раньше ничего более прекрасного, чем бьющаяся в экстазе тюремщица. Он сильнее втягивает её мокрый клитор и ликующе слышит, как её стон переходит в крик наслаждение.

— Урсул! Как же… Да! Да!

Язык проскальзывает глубже, и он чувствует как стенки нетронутой пещерки, сжимаются вокруг него. Движения его руки убыстряются, он забился на своем матрасе, подкидывая бедра вверх. Последнее сжатие, и протяжно застонав, он заливает семенем свою руку и живот. Оргазм с её клитором на губах в сто раз сильнее, чем от простой ласки. Чистое наслаждение! Неповторимое.

Огонь, прожегший их тела, отступает, оставляя после себя приятную негу и успокоение. Мина сползла с него и, пригнувшись, начала жаркоцеловать мокрые губы. Странно было чувствовать на них свои соки. Вкус немного терпкий, но свежий и возбуждающий.

— Мистер волшебный язык.

— Это комплимент? — Довольно сощурился оборотень.

— Теперь это твое второе имя. — Подразнила Мина.

— Мне нравится. — Слова прозвучали многозначительно.

— Мне тоже. — Улыбнулась, заглядывая ему в глаза. — Все!

Мясо пришлось заново разогреть, но по заверению Урсула, на вкус это совсем не повлияло.

— М-м-м-м. Вкуснятина! — Пытался смутить он девушку, облизывая пальцы.

Мина, выпившая еще одну кружку вина, не смущалась. Ей было легко и хорошо в ту ночь. Девушка наслаждалась вином, компанией и вкусным ужином. Она совсем не о чем не сожалела и просто радовалась жизни. Ночь продолжилась на соломенном тюфяке, и теперь её язык дразнил, ласкал и возносил к небесам. А его губы шептали:

— Да! Еще!

А потом они просто лежали на своих соломенных матрасах, держались за руки и смотрели в звездное небо.

Ровно в полночь, в окутавшей их темноте, замелькали разноцветные вспышки. В городе, в честь Нового года давали салют. Он был огромным и вспыхивал на все небо, до самого горизонта. На стороне людей, пушки выстреливали не магические заряды, как было принято на Красном берегу, а пороховые. Но они были сделаны из специальных составов и, взрываясь, расцветали, словно волшебные шары. Искры праздника залетали и в их темное окошко, до краев наполняя души двух пленников, счастьем. И они нежно целовались, не думая о будущем, не вспоминая прошлое.