Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 92 – Ли Литвиненко

Оборотень внимательно разглядывал Бёрк некоторое время, не зная, что и сказать. А она стояла перед ним, потупившись, и молчала.

— Ты так, что, через весь хутор шла? — спросил наконец недовольно, даже не поздоровавшись для начала.

— Да, — не поднимая глаз, ответила Бёрк.

— Небось, все пялились? — В голосе Гела отчетливо проскочили нотки ревности.

— Смотрели, — кивнула Бёрк и глянула на оборотня увереннее.

Ревность — это хорошо. Ревность — это не безразличие.

Гел не выдержал, взял ее за руку и потянул за повозку. Орчанка не сопротивлялась. Он не стал уводить ее далеко, просто зашел за угол, чтобы не было видно любопытным братьям. Развернул к себе. Глядя ей в глаза, положил руку на верхнюю пуговицу тонкой кофточки и демонстративно начал ее расстегивать. По привычке Бёрк дернулась, чтобы убрать руку. Гел остановился и поднял вопросительно бровь. Орчанка покорно опустила руки и хлюпнуланосом. Сейчас разревется.

Гел тяжко вздохнул и развернулся, чтоб уйти. Орчанка с плачем вцепилась в его рукав, как, наверное, утопающие хватаются за протянутую им палку. Гел нежно прижал девушку к груди.

— Ну чего ты, маленькая? — гладя ее по волосам, забормотал тихо, уткнувшись ей в макушку. — Ну я же не заставляю… Не хочешь ничего большего — просто не приходи.

— Я должна рассказать тебе страшную тайну! — сквозь всхлипы проговорила девушка.

Гел закатил глаза. Хорошо, что Бёрк не видела в этот момент его лицо. Она готовилась открыть ему самое сокровенное, а он относился к этому явно несерьезно. «Наверняка сейчас расскажет историю про свою мать и гнома».

— Я не зеленая, — сказала Бёрк и выдохнула.

Ну вот и все. Она это сделала. Призналась. Это было словно прыжок с обрыва — очень страшно и очень быстро.

— Что? — Гелиодор совершенно не понял значения этих слов.

Уже громче орчанка повторила:

— Я не зеленая! — и подняла заплаканные глаза на любимого. Волк продолжал смотреть на нее с непониманием. — Я альбинос.

— И? — все еще не видя причин для слез, спросил Гелиодор.

Он хотел секса. Причем здесь эти незначительные акценты в ее масти?

— Орк-карлик-альбинос! Ясно?

Бёрк даже немного разозлилась. Ей такого труда стоили эти слова, а глупый волк стоит и тупит, словно сонный бурундук.

«Ясно-ясно, — Гелу было ВСЕ ясно. — Папочка гном сильно наследил».

— Бывает, — философски ответил двуликий.

Не увидев в глазах любимого отвращения, Бёрк удивилась и обрадовалась. Слезы сразу высохли.

— Неужели тебе все равно?

— Мне все равно, — заверил Гел.

— И совсем не противно?

— Нисколечки. — Оборотень улыбнулся. Его начинало забавлять ее серьезное отношение к этой мелочи. — И знаешь, белокожая ты мне даже больше будешь нравиться. — Уверено заявил Гелиодор. — Вся проблема была только в этом?

— Да, — заулыбалась счастливо Бёрк.

У неё словно камень с души свалился.

— Ну, раз мы во всем разобрались…

За эти дни Гел страшно соскучился. Он целовал её торопливо, как будто заново помечая свою территорию, и жадно вдыхал девичий аромат, обвивавший ее как чудесное растение. Сегодня он «видел», как сквозь золотые листья на лиане её запаха появились бутоны цветков, которые вот-вот раскроются. Чужих запахов на девушке не было. Довольный,альфа понял, что никто другой к ней не приближался и не прикасался за время их ссоры. Зверь внутри успокоился.