Книга До самой смерти, страница 258 – Миранда Лин

– Здесь есть прислуга? – спросила Пэйша, когда мы вчетвером расположились в длинном обеденном зале, в котором был только стол и не меньше сорока стульев по обеим сторонам.

Эзра поднял поднос, и от исходящего от него пара у меня заурчало в животе.

– Нет. Замок потворствует чревоугодию. Прежде, если Смерть благоволил тебе, – он взмахнул рукой, – стоило попросить, и желаемое сразу появлялось.

– А если не благоволил? – Орин не сводил глаз с теней, стелющихся по полу.

– Здесь предостаточно комнат, отведенных для всевозможных кошмаров. Уверен, ты справишься, Фабер, а вы, дамы, смотрите не заблудитесь.

Пэйша потерла ладони и прошептала:

– Пожалуйста, пусть это будет колбаса, пусть будет колбаса. – А когда подняла с подноса крышку и увидела на нем свежую зелень, то плюхнулась на стул. – Несправедливо.

– О-о-о. Похоже, ты у Оринане в почете. Советую поработать над этим.

Я взяла ближайший серебряный поднос, пожирая взглядом яркие ягоды, а затем наколола на вилку самую большую клубничину. Эзра наклонился и мурлыкнул Пэйше на ухо, отчего она покраснела:

– Зато у меня ты в почете, Пэйша.

Искренняя улыбка Орина не скрыла его удивления.

– Ты его слышала?

Я фыркнула.

– Нет. Но не нужно быть гением, чтобы уловить сексуальный подтекст. Не отставай, муж.

Эзра расхохотался. Этот глубокий звук так красиво разнесся эхом по пустому залу, что я замерла и посмотрела на Эзру во все глаза.

– Что? – спросил он, набивая рот яичницей.

– Я и не знала, что ты умеешь смеяться. Ты кажешься таким… – Я повернулась к Пэйше, вскинув бровь. – Какое слово я пытаюсь подобрать?

– Опасным.

– Нет. Не то. – Я наморщила нос, а потом выпалила: – А. Сволочистым.

– Сегодня утром мы взялись придумывать новые слова, – заметил Орин, стащив что-то с тарелки Эзры и отправив себе в рот. – У нее настоящий талант.

– Погоди. – Я выставила палец, останавливая Эзру, когда он снова наклонился пошептаться с Пэйшей. – Получишь три такие желтые штучки, Охотница, если угадаешь, что он собрался сказать.

Она расплылась в улыбке, глядя на своего возлюбленного, и понизила голос в попытке подражать ему:

– «У меня настоящий талант кое в чем другом».

Я фыркнула, чуть не подавившись ягодой, когда Эзра возразил:

– Эти желтые штучки называются ананасом, и вообще-то, Дева, я собирался сказать: «Не могла бы ты передать соль?»

Орин похлопал его по спине.

– Я люблю тебя, брат, но врать ты совсем не умеешь.

Эзра поиграл бровями, глядя на Пэйшу.

– Что ж, я и правда очень талантлив.

– Верно, – ответила она, постучав пальцем ему по носу. – И предсказуем.

Легкая веселость, в которой мы так отчаянно нуждались, мгновенно развеялась, когда раздался громкий треск. Казалось, высокие дубовые двери в конце зала разрывают на куски. Мы дружно вскочили с мест, и Орин, не колеблясь, призвал свои пугающие тени. Двери прогнулись снова после очередного удара.

– Что это за чертовщина? – прошептал мой муж, взмахнув руками, чтобы открыть створки.

Два огромных зверя просунули головы в проем. Адские гончие.

– Кто мог их послать? – прорычал Эзра, пряча Пэйшу за спиной.

– Расслабьтесь. – Орин откинулсяна спинку стула. – Видимо, теперь они слушаются меня.

– Ура! У нас появились собачки.

Мой любящий муж пригвоздил меня взглядом.

– И мы, судя по всему, назвали их Лохматик и… Пушок?