Книга До самой смерти, страница 240 – Миранда Лин

– Мама?

Пэйша резко вздохнула. Она не ушла – наоборот, шагнула ко мне и остановила, когда из тени позади матери вышел мой отец. Он не держал ее ласково за руку, а подталкивал вперед, грубо сжимая плечо. И тогда я увидела. Ее взгляд, который наблюдала уже много раз у Ро, хотя не понимала, что он означал. Страх. Контроль со стороны мужчины, который когда-то был ее любимым. Мой отец был жнецом.

Когда они приблизились, он сжал маму так крепко, что побелели костяшки, и она резко вдохнула, поежившись.

– Мне нужно было увидеться с тобой, – тихо сказала она. – Еще раз. Пусть это эгоистично. Ты такая красивая и взрослая. Даже не верится.

Она потянулась и почти дотронулась до моего лица, но отец рывком оттащил ее. Бдительная Пэйша схватила меня за руку, не давая сойти с места. Эзра, фыркнув, встал с другой стороны, и я оказалась между ними.

– Как долго я, по-твоему, позволю помыкать ею, прежде чем отлуплю тебя, отец?

– Не смей так со мной разговаривать, Деянира. Я иначе тебя воспитывал.

– Вовсе нет. В последний раз, когда мы говорили с глазу на глаз, ты ударил меня по лицу и угрожал. Думаешь, меня волнует, что ты хочешь сказать? Убери руки от моей матери.

– Перестаньте, – рявкнула мама, такая похожая на меня, чем прекратила назревавшую между нами стычку. – Я пришла с единственным советом, который могу дать. Ты должна отыскать Смерть, дитя. Найди его и прими любую кару за вторжение, какую он сочтет необходимой. Ты не захочешь провести вечность, будучи его врагом.

– Ты говоришь это, потому что хочешь или потому что должна? – спросила я, склонив голову набок.

От моего внимания не ускользнуло, как она повернулась к отцу и вздрогнула под его сердитым взглядом.

– Это правда.

Я отошла от остальных и приблизилась к отцу на расстояние удара.

– Я бы хотела пройтись со своей матерью. А ты останешься с моими друзьями. Понял?

Он фыркнул:

– У тебя здесь нет власти.

Одним ловким движением я вызволила маму из его рук, а после ударила его в лицо.

– Я быстро учусь. Убить тебя не смогу, зато сумею замучить, а боль во всех мирах одинакова.

Эзра схватил отца за плечо в точности так же, как тот держал мою мать.

– Может, пока ждем, стоит преподать урок доброты.

Я ответила ему благодарным взглядом, и он кивнул. Его карие глаза блестели в лунном свете; даже слегка наклонившись, он был гораздо выше меня.

Как только мы оказались за пределами слышимости, мама сорвалась:

– Послушай. Ты должна держаться подальше от Орина. Понимаешь? Я видела, как ты смотришь на него, но того Орина, каким ты его помнила, больше нет. Теперь он принадлежит Смерти. Он больше не обладает собственной волей.

– Я не…

Она подняла руку:

– Ты кое-чего не знаешь. И я не уверена, что успею все объяснить.

Мы стояли довольно далеко от берега озера, но мама почти не отводила от него глаз, даже когда пыталась подобрать слова.

– Не нужно меня спасать, мам. Я выросла и могу сама принимать решения.

– Орин существует только благодаря твоей силе, – выпалила она.

– Он старше меня, так что это неправда. Брось, мам.

– Деянира Сария Харк, послушай меня внимательно. У тебя не будет другой возможности услышать эту историю, в этом я уверена.

Я замолчала, скрестив руки на груди, и попыталась совладать с гордостью.

– Я Фабер. И я слушаю.