Книга До самой смерти, страница 239 – Миранда Лин

Все тело застыло. Я не могла пошевелиться. Вздохнуть. Даже думать о чем-то, кроме старика, что стоял передо мной. Его добрые глаза и бесхитростная улыбка успокоили мое колотящееся сердце.

– Здравствуй, голубка.

У нас не было ни секунды на счастливое воссоединение и объятия. Как только мы подошли к двери, Холлис развернулся и поманил нас за собой. Мы молча бежали по извилистым мраморным коридорам замка Смерти. Наконец Эзра взял инициативу на себя и, выведя нас через маленькую дверь наружу, повел по мертвым садам, полным пугающих статуй и узловатых кустов. Это место он назвал Жутколесьем.

Они двигались уверенно, будто ходили через заросший сад столько раз, что путь навсегда запечатлелся в памяти. Я тоже постаралась запомнить каждый поворот. В конце концов сады остались позади и мы миновали полосу засохших деревьев. За ней открылось огромное зловещее озеро, темные воды которого едва уловимо мерцали. Из окон замка оно выглядело лишь серебристым отблеском в вечной ночи. Ветер доносил стенания бесчисленных душ. Их голоса напоминали далекий хор, а деревья, окружившие берег, – безмолвных стражей.

Как только мы остановились, я бросилась к Холлису и заключила его в объятия. Он рассмеялся в ответ, и этот родной звук исцелил мои душевные раны.

– Я скучала по тебе, Старик.

– Осторожнее, голубка, – прошептал он мне на ухо. – Ты же не хочешь, чтобы кто-то узнал, что у тебя есть сердце, и воспользовался этим.

Я отстранилась и всмотрелась в его глубокие голубые глаза.

– А твоя жена? Она здесь?

Он кивнул, но его улыбка угасла.

– Я вижусь с ней, когда могу. Обычно Смерть держит нас порознь.

Пэйша обняла старика, и он уткнулся в ее каштановые волосы, но я видела таившуюся в нем тревогу.

– В чем дело, Холлис? Скажи мне, что он сделал.

– При дворе Смерти ценится только одно – страх. Ты либо живешь с ним, либо взращиваешь его. Таковы две роли. Жнец или жертва. Полагаю, скоро Смерть снова придет за тобой. Если дашь ему понять, что Орин – твоя слабость, он найдет способ, как сломить вас обоих. Держись подальше от Орина. Он опасен.

Я пожала плечами.

– Он всегда таким был, и до сих пор меня это не останавливало.

– Я серьезно, Деянира, – рявкнул Холлис, еще никогда не говоривший со мной так резко. – Это твоя вечность. Не стоит заблуждаться, думая, будто сможешь спрятаться от Смерти в его же дворе. Он любит играть в кошки-мышки, но ты всегда будешь мышкой.

– Что это за место? – спросила Пэйша и встала на колени, разглядывая свое отражениев воде.

Эзра схватил ее и оттащил ровно в тот миг, когда из воды показалась полупрозрачная рука и потянулась к ней. Охотница посмотрела на меня, и ее ослепительные глаза наполнил страх, а золотистая кожа показалась бледной в жадном свете двух серебряных лун.

Эзра указал на воду:

– Это озеро Потерянных Душ. Последнее наказание, которое Смерть назначает тем, кто не подчинился его воле. Видишь души? Они обречены бродить по дну озера в вечных поисках последнего вдоха, которого никогда не получат. Как только окажешься под водой, даже Смерть не сможет тебя спасти.

– Кладбище, – добавил Холлис. – Он редко сюда приходит. Здесь небезопасно, хотя в этом мире нет безопасных мест.

– Деянира?

Я обернулась, но не узнавала голос, пока не увидела лицо женщины, замершей возле границы леса.