Книга Доктор-попаданка. Служанка в доме Ледяного дракона, страница 30 – Диана Фурсова

Марина резко поднялась, подскочила к двери, приложила ухо.

Сквозь дерево донёсся шёпот — не слова, а дыхание. Как будто кто-то стоял и… нюхал.

— Твою мать… — прошептала Марина.

Она отступила, огляделась. Окно — маленькое, покрыто инеем. Стол. Таз. Ничего, чем можно защититься. Только её мозги и злость.

И тогда Марина сделала единственное, что умела: начала собирать доказательства, пока есть время.

Она сняла рукавицу, обернула руку тканью, чтобы не оставить следов, и подошла к чашке с водой, которую ей принесли. Понюхала. Нормально. Сделала маленький глоток — язык не онемел. Хорошо.

Она взяласвою ткань, той же рукой, которой вытирала рот после рвоты, и аккуратно завернула её в чистую салфетку. Потом — щепотку оставшегося осадка из чашки (Лин успела принести её обратно — или стражник оставил? Марина не знала, но чашка стояла на столе вместе с её вещами). Она собрала осадок кончиком ножа, который нашла в ящике — не скальпель, но кухонный, тупой. Положила осадок на ткань.

Будет что показать. Если меня вообще выслушают.

Шёпот за дверью повторился. Теперь ближе. И Марина вдруг поняла: тот, кто снаружи, может быть не человеком. А если человек — то очень уверенный в том, что дверь заперта и герцог не успеет.

Скрежет усилился.

И в этот момент в коридоре раздался голос Торна:

— Стоять! Кто там?!

Послышался быстрый шаг — бег, почти бесшумный, как кошка. Торн выругался и кинулся следом.

Марина прижалась к двери.

— Торн! — крикнула она. — Это не случайность!

— Знаю! — рявкнул он где-то дальше. — Сиди тихо!

Сидеть тихо было сложно, когда сердце билось в горле.

Через пару минут всё стихло. И только потом Марина услышала другое: как где-то далеко, в глубине поместья, снова протяжно скрежетнул лёд по камню — тот самый звук, от которого хотелось бежать.

Дом шевелился.

И дом явно был на стороне того, кто хотел, чтобы Марина замолчала.

Утро было серым и холодным. Марина не спала — дремала урывками, просыпаясь от каждого шороха. Яд, кажется, отступал: язык снова чувствовал вкус, голова меньше кружилась. Бок болел так, что она дышала поверхностно.

Дверь открыли резко.

На пороге стояли двое стражников — не люди Торна. Другие. В форме, которую Марина видела впервые: тёмные плащи, серебряные знаки на груди.

— Марина Коваль? — спросил один, голосом ровным, официальным.

— Да, — сказала Марина и поднялась, морщась от боли. — Кто вы?

— Дозор Совета, — ответил он. — По приказу о проверке безопасности поместья и в связи с покушением на жизнь герцога.

Марина замерла.

— Покушение… на герцога? — переспросила она. — Вы с ума сошли? Я…

— Вы пойдёте с нами, — отрезал стражник. — Для допроса.

— Я жертва, — сказала Марина, чувствуя, как злость возвращает силы. — Меня отравили и толкнули. У меня есть…

— У вас есть метка, — перебил второй и кивнул на её запястье. — И этого достаточно, чтобы вы поехали.

Марина резко натянула рукав.

— Где герцог? — спросила она. — Я хочу говорить при нём.

Стражники обменялись взглядом.

— Герцог сейчас занят, — сказал первый. — И приказ — без задержек.

— Это не приказ герцога, — сказала Марина, и голос её стал опасно спокойным. — Это приказ тех, кто хочет, чтобы я исчезла. Вы понимаете, что вас используют?

— Мы выполняем, — ответил стражник.

Марина сжала тканевый свёрток с осадком и своей тканью так, что пальцы побелели.