Книга Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 4, страница 37 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

Люблю бабников, так повышают настроение.

— То есть сегодня бедной девушке придётся скучать в одиночестве?

Я поставила в конце рыдающий смайлик. И следующие несколько минут наслаждалась потоком заверений, что он только обо мне и думает, и, если бы не злая судьба… и всё в таком духе. Вот же болтун.

— Ну коль ты так коварно бросил меня сегодня,— отписала я в ответ, — то хоть каталог пришли, что ли. Поизучаю… в одиночестве!

Снова полился поток заверений и сердечек. Где-то среди них прислали и каталог. О! Мне даже на желудок хватает!

Блин, дорого быть самой себя сделавшей женщиной!

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Крис:Мой генерал, этот гад не желает бежать к хозяину!

— В смысле?— Саша увлечённо разбиравший контракты отдела продаж не сразу понял, о чём речь.

Крис:Популущенков этот прибежал к себе в кабинет, заперся и начал по вижулику на кого-то орать. А я не могу пробиться к камерам там! Даже Скрепыш не смог!

Имя искина Крис произнесла с придыханием. Саша уже не знал, плакать ему или смеяться, сам не ведая, насколько точно сейчас копирует Асю.

— А как вы поняли, что он с кем-то говорит?

Крис:Так камеры в отделе под нашим контролем. А у Популущенкова такой же, как у Аси, стеклянный короб. Там видно было, пока он не додумался затемнить. Я попыталась по губам прочитать, но не вышло.

Рогозин вздохнул. Что ж, надежда на то, что главпродажник на нервах побежит к нанимателю, похоже, не оправдалась. Правда, после работы за Популущенковым всё равно надо проследить.

— Не снимайте наблюдение, мало ли. А Митю у продажникам послали?

Крис: Ага, 13-го! Ой, сейчас, подожди, он что-то уронил… Ай, мелочь членистоногая, куда за шкаф лезешь, опрокинешь же! Так, Саша, прости, мне нужно уточнить директиву МАРу-исполнителю.

Крис отключилась, а Розга хихикнул, предвкушая весёлые дни для подопечных Популущенкова. Кстати, а почему его собственный — клиентский — отдел ему на них не жаловался? Странно. Надо с ними поговорить.

В клиентском отделе на Сашу посмотрели с удивлением. Илона тряхнула розовыми кудряшками и осторожно произнесла:

— Да всегда так было, Виссарион Мирославович. Ну, сколько я тут работаю. И когда я только пришла, мне менеджер, к которой меня приставили, сразу сказала, что к продажникам лучше не лезть.

— Почему? — спросил Рогозин, хотя подозревал, что знает ответ.

Сотрудники его отдела принялись переглядываться. После некоторой паузы Егор Кузнецовский произнёс:

— Они же неприкасаемые.

— Ангелы или чумные? — поднял брови Саша.

Девушки, которых в отделе было большинство, хихикнули.

— Для руководства ангелы, — продолжил его метафору Егор, — для нас… не чумные… скорее то, что стоит обходить стороной.

— Дай догадаюсь: если что, правоту свою не докажешь, а место потерять можно запросто, — предположил Розга.

— Ну да, — ответил Кузнецевский, а его коллеги закивали.

— Накидайте примеров, — попросил Саша, предчувствую новую серию фейспалмов.

Однако народ задумался.

— Знаете, — решилась наконец Илона, — вот основное вы уже назвали — сроки нереальные, условия неподъёмные. На фоне этого остальное как-то теряется.

— И всё же?

Ответила ему Лада Несмеянова, которая обычно старалась с ним не разговаривать, при каждом удобном случае прячась за коллег. Розга подозревал, что она его жутко боится, хотя не помнил каких-либо резкостей в её сторону, внутри отдела Саша старался не выглядеть самодуром, не карать невиновных и награждать только причастных. Однако Лада всё равно перед ним тряслась, как заяц. И сейчас решилась: