Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 149 – Макс Ганин

— Ты думаешь, что его похитили солнцевские? — предположил Тополев.

— Не исключаю. Более того, Антон беседовал по телефону с одной нашей сотрудницей, и вдруг сигнал оборвался. После чего трубка была выключена до шести утра сегодня. С сотрудницей переговорили. Она подтвердила разговор и сообщила, что последнее, что она слышала в трубку, — это звуки борьбы и ругани.

— Никон что, совсем охренел? — со злостью спросил Гриша. — Я выдвигаюсь в офис. Собирай всех срочно! Тросту я наберу сам.

В половине десятого в кабинете Тополева Налобин-младший доложил последние новости по Чупрову. Помимо непосредственно причастных к проекту «Полянка» Золотарева и Тростанецкого, к ним, по просьбе Гриши, присоединился и Налобин-старший.

— Григорий Викторович, вы понимаете, что я никогда не смогу согласиться с вашим планом? — заявил генерал после пламенной речи шефа. — Отпускать вас одного к Никону, в его логово, — это безрассудство. Мальчишество какое-то!

— Я согласен с Николаем Валентиновичем, — подключился к обсуждению Тростанецкий. —Надо вызывать всех боксеров и забивать солнцевским стрелу. Мы еще оружия сможем достать? — обратился он к Виктору.

— Не надо никаких стрелок! — запротестовал Гриша. — Тем более с оружием. Вы что, войны хотите? Я — нет! Поэтому и поеду один на его территорию и спокойно все разрулю.

— Я против! — высказался начальник СБ.

— Я тоже! — поддержал его Трост.

— А я вашего мнения не спрашиваю! — зло ответил им Гриша. — Я сообщаю о своем решении. Ваша задача — предусмотреть планы Б и В. Я поеду один. Машина с охраной пусть едет отдельно и паркуется в стороне — так, чтобы их не было видно. Понятно?

По заснеженной Москве с утра ездить неприятно и долго. Тополев достиг пункта назначения — дома мебели на Ленинском проспекте 101 — ближе к полудню. Справа от входа в магазин была небольшая одноэтажная пристройка, выкрашенная в светлые тона поверх штукатурки, с незаметной дверью ближе к углу здания. Гриша припарковал свой шестисотый «мерседес» рядом с окнами кабинета Никона и вышел из автомобиля. Его уже встречали охранники солнцевского авторитета. По дороге он позвонил Никону и сообщил, что едет к нему на разговор. После тщательного обыска его пропустили. Кабинет хозяина мебельного магазина располагался в глубине здания, и Григорий, сопровождаемый охраной, прошел по коридору до конца. В светлой от многочисленных ламп комнате за маленьким письменным столом сидел Никонов и курил свои излюбленные сигареты Camel.

— Проходи, Григорий, проходи! — пригласил он гостя. — Как дела?

— Да все неплохо, Александр Сергеевич, — спокойно и даже как-то расслабленно ответил Тополев и присел на стул напротив кресла хозяина кабинета. — Антон вот только пропал у меня. Не знаете, где он? Может быть, в гости к вам заезжал?

— Знаю, конечно… — ответил, улыбаясь через прищур, Никон. — Мои мальчики его вчера привезли сюда на разговор, да он хамить начал… Пришлось проучить слегка.

— Александр Сергеевич, скажите, пожалуйста, а вам понравится, если я ни с того ни с сего заберу вашего человека к себе на разговор, да еще и попорчу его слегка?

— Во-первых, не ни с того ни с сего, — раздраженно ответил Никонов. — Он суд просрал! Очень важный! И теперь наши с тобой шансы на реализацию здания резко упали. А я его предупреждал! Я ему говорил: «Не упусти ничего, Антошенька». А он мне знаешь,что ответил?