Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 148 – Макс Ганин

— Выводы, Виктор! — прервал речь Налобина Трост.

— Выводы… — задумчиво произнес начальник личной охраны и поднял глаза в потолок, как будто в поисках ответа. — Я считаю, что сегодня боксерам надо его встретить и отправить в больничку, инициируя ограбление. Но при этом дать четко понять, что это привет от нас. А если он и впредь продолжит сотрудничество с другой стороной, следующий шаг будет более радикальным.

— За такое решение надо голосовать, — уверенно сказал Гриша и посмотрел на друзей. — Кто за?

После небольшой паузы все участники совещания подняли руки в знак поддержки силовой акции.

— Правильно поступаешь, Гриш! — потом оказавшись наедине, сказал Трост. — Подельников надо кровью метить, чтобы потом не слились и не сдали!

Ближе к девяти часам вечера боксеры подловили адвоката в подземном переходе неподалеку от его места жительства и зверски избили, похитив портфель с документами. Тополев объявил награду в тысячу долларов за лучший удар, поэтому молодые спортсмены старались, как могли. На следующий день, естественно, в суде юрист не появился, а его помощница, озвучивая ходатайство о переносе заседания, зачитала справку из больницы с описанием травм, полученных ее руководителем во время вчерашнего ограбления. Там был и перелом основания черепа, и тяжелая черепно-мозговая травма, переломы ребер, рук и ног. Судьей ходатайство было отклонено, и подконтрольная Грише фирма-однодневка выиграла очередное заседание, приблизив победу во всем процессе.

Тростанецкий оказался прав. Кровь сплотила подельников, и теперь для Гриши они стали самыми близкими друзьями. Он даже решил отметить Новый год на своей даче вместе с Витей, Антоном и Колей. Двое из них приехали с женами. Праздновали широко и весело. С поднятыми бокалами клялись друг другу в вечной дружбе и братской любви. Сергей Григорьев с отвращением воспринял историю с покалеченным адвокатом и покинул «Медаглию», отказавшись от любых притязаний на будущие доходы. Владик Богатырев тоже ушел, разругавшись с Колей и Гришей по поводу дележа прибыли от торговли валютами. Но, как предположил Трост, он просто испугался и поэтому свалил.

Эйфория от успеха длилась недолго. В конце февраля поймавший«звезду» Антон упустил важный суд по делу «Полянки», и, естественно, противоборствующая сторона его выиграла. Из-за этого процесс снова подвисал — и подвисал надолго. Поздно вечером того же дня Тополеву позвонила жена Антона.

— Здравствуй, Гриш! Это Аня. Ты не знаешь, где мой муж? Я ему названиваю на мобильный, а он выключен.

— Привет, Ань! Я уехал из офиса часов в девять вечера, он еще оставался. Сказал, что ему надо с документами поработать, — соврал Григорий.

Они уехали вместе в районе семи, и Антон собирался домой — высыпаться. Правда, все в офисе знали, что Чупров был неисправимым бабником и перетрахал всех молодых девок в округе, поэтому Гриша предположил, что его юрист мог поехать ночевать к очередной зазнобе. Он, естественно, не стал сообщать об этом его жене, а просто постарался успокоить ее банальной фразой о завале на работе. Тем не менее он сообщил об исчезновении своего друга начальнику СБ Налобину и его сыну, который больше других сдружился с Антоном. Утром Виктор набрал шефа уже в восемь.

— Григорий Викторович! — начал он официально. — Я сейчас нахожусь в нашей машине наружного наблюдения. Мы включили «чемоданчик» и выяснили, что телефон Чупрова последний раз засветился по локации на Ленинском проспекте 101.