Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 124 – Макс Ганин

В марте 2019 года Выборгский суд Петербурга приговорил Владимира Понтонова к двум с половиной годам колонии общего режима за мошенничество со ста пятьюдесятью миллионами рублей банка «Советский» и оштрафовал на триста тысяч рублей. Помимо этого, в ходе расследования были установлены несколько десятков фиктивных фирм, которые получали ничем не обеспеченные кредиты не только в «Советском», но и целом ряде других кредитных учреждений Москвы и Санкт-Петербурга. Следствие не исключало, что за этими аферами также могли стоять контролируемые Владимиром Понтоновым организации.

Суд Видземского предместья Риги признал бывшего президента Latvijas Krajbanka и совладельца банка Владимира Понтонова виновными в хищении в особо крупных размерах и приговорил их к лишению свободы и конфискации имущества, а также взыскал с них двадцать семь миллионов евро. Понтонов был приговорен к шести годам лишения свободы. Арестованные во время следствия принадлежащие Понтонову эксклюзивные автомобили, средства на банковских счетах и доли капитала в нескольких компаниях конфискованы в пользу латвийского государства.

Если верить психологам, успех любого бизнесмена в первую очередь обусловлен особенностями его характера. В случае с Владимиром Понтоновым, основателем банковской группы «Конверс», главной направляющей силой карьеры стал авантюризм.

— Как же интересно складывается жизнь! — задумчиво произнесла Наталья Тополева, войдя вместе с сестрой и племянником в только что отремонтированный офис компании «Медаглия». — В двадцатых-сороковых годах прошлого века в этом самом доме на улице Мясницкой жила твоя бабушка с ее родителями. В большой коммунальной квартире у них было две комнаты. В первой спали, ели, а во второй был стоматологический кабинет моей бабушки, твоей прабабки Юзефы. Она была прекрасным врачом, и к ней ходили по записи. Я сама помню, когда была маленькой, как моя нянька говорила: «Пацэнт пришел — денежка будет!» Она была дремучей, необразованной деревенской женщиной и многие слова выговаривала с ошибками. А еще она говорила «Фин пришел!» — то есть фининспектор. В те времена никаких налоговых инспекций не было — «фины» ходили по частникам и проверяли отчетность, а также собирали налоги.

— Она и у меня тоже нянькой была… — добавила Гришина мама Екатерина. — Юзефа забрала ее в Москву из деревни Ляхово, чтобы еще за нашей с тобой матерью ходить, когда та маленькой была.

— Да, — подтвердила Наталья. — У нее был необычный ляховский говор. Я таких слов, кроме как от нее, никогда не слышала. Помнишь, Катюша? «Знойко» — это почему-то значило «холодно». «Обошелся» — значит «успокоился». «Поганка» — «плохой человек». «Нужлишь» — «неужели». «Ухамаздать» — «утомить». «Трефной» — «веселый, общительный». «Последыш» — «наследник». «Образить» — «убраться, сделать красивее» …

— А еще она любила говорить, когда будила нас с тобой по утрам, «Спишь — не живешь!», — добавила, улыбаясь Екатерина.

Двухуровневое помещение офиса располагалась на последнем этаже многоквартирного дома. На первом было восемь больших кабинетов, в которых комфортно разместились все службы вновь созданного холдинга: отдел кадров, бухгалтерия, безопасность, юристы, компьютерщики с серверами. Отдельный кабинет занимал Налобин Николай Валентинович — начальник СБ. В остальных двух комнатах сидели сотрудники дочерних юридических лиц: «Медаглия-ТЭК[73]», возглавляемая Димой Грудачевым и занимающаяся поставками авиационного керосина, и «Медаглия Риал Эстейт», торгующая недвижимостью. Именно эту фирму возглавила Гришина мама, которая привела с собой работать Богдана и Наталью — своих мужа и сестру.