Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 120 – Макс Ганин

Не скупился Понтонов и на свое увлечение — автомобили. Еще в студенчестве он купил BMW 1983 года выпуска, у которой открывалась только одна дверь. Со временем автопарк стал грандиозным, в нем было около пятидесяти автомобилей в основном спортивных марок: Ferrari, Aston Martin и его любимый кабриолет BMW Z8 Alpina. Понтонов спонсировал команду Ferrari Challenge, купил голландского производителя суперкаров Spyker и английский футбольный клуб «Портсмут».

Что происходило с бизнесом «Конверс групп»? После покупки Конверсбанка и «Снораса» Понтонов вошел во вкус. В течение нескольких следующих лет он один за другим скупал банки: красноярский «Енисей», иркутский Байкалросбанк, московский Интерпрогрессбанк, екатеринбургский Гранкомбанк, Воронежпромбанк и калининградский Инвестбанк. Заграничный бизнес тоже рос: в Латвии был куплен Latvijas Krajbanka, в Великобритании — Poiton York, группа пополнилась банками в Панаме и Доминикане.

Постепенно появились клиенты с громкими именами. В банках Понтонова обслуживались структуры владельца «Нафта Москва» Сулеймана Керимова и основного собственника UC Rusal Олега Дерипаски. Приятелями Понтонова стали владелец AEON Роман Троценко, основатель Mirax Сергей Полонский и владелец «Евросети» Евгений Чичваркин. По словам Понтонова, его группа предоставляла уникальный сервис с участием российских и иностранных банков одновременно: например, конвертация средств проводилась внутри одного операционного дня, когда другие банки тратили на это три.

Тем не менее в 2005 году Банк России не принял в систему страхования вкладов Конверсбанк и Конверсбанк-Москва (переименованный к тому времени Академхимбанк). Формальной причиной был недостаточный уровень внутреннего контроля, но участники рынка говорили, что регулятор подозревал структуры Понтонова в сомнительных сделках. Период трудностей во взаимоотношениях с ЦБ действительно совпал с борьбой с обнальщиками, которую инициировал и возглавил первый зампред ЦБ Андрей Козлов. «Тогда у многих банкиров были проблемы с включением в систему страхования, Понтоновы не были исключением, — вспоминал президент ММВА[69]АлексейМамонтов. — Козлов решал вопросы на эмоциональном уровне, а вокруг Комитета банковского надзора ЦБ сформировалась группа лиц, использовавших этот ресурс в коррупционных целях». Академхимбанк действительно фигурировал в схемах знаменитого воротилы рынка обналички Бориса Сокальского, который обналичил в 2004 году шестьдесят два миллиарда рублей и был осужден в 2009 году на семь лет. Понтонов-младший признавал, что был знаком с Сокальским с начала двухтысячных и даже продал ему НЭП-банк. Александр Понтонов на допросе в Следственном комитете России подтверждал, что открывал счета для Сокальского, но не знал, как они будут использованы.

Проблемы с включением в систему страхования вкладов Понтоновы разрешили изящно — они присоединили банки группы к калининградскому Инвестбанку, который уже был ее участником. В 2007 году банковская группа Понтоновых занимала двадцатое место по размеру активов в стране. Идея была в объединении банков. Предполагалось, что группа станет единым холдингом, а Инвестбанк проведет IPO[70]или будет продан стратегу.

Банки группы обросли портфелем девелоперских проектов, многие из которых не задались. Среди неудач — несостоявшаяся стройка вместе с Сергеем Полонским двух высоток в Большом Сити (территория между Москва-Сити и промзоной вдоль Хорошевского шоссе), также Понтонов хотел купить хоккейный клуб «Спартак», чтобы начать офисную застройку вокруг дворца спорта «Сокольники». Позже клуб и земля достались банкиру Герману Горбунцову, которому Понтонов продал Конверсбанк-Москва (переименованный в Столичный торговый банк) и Интерпрогрессбанк.