Книга Презумпция виновности, страница 91 – Макс Ганин

– Завтра уже могут перебросить в общую камеру, – подумал он, – поэтому надо поспать и набраться сил перед предстоящим испытанием.

Через мгновение он уже спал крепким молодецким сном, посапывая над терзающим себя за жадность и дрожащим от ужаса перед завтрашним днём Валерой.

С утра Гриша ощутил все последствия вчерашнего разговора с сокамерниками. Разговоры и вообще любые формы общения были прекращены. Ни тебе «доброе утро», ни «здравствуйте». Утренняя прогулка также прошла раздельно. Валера с Иванычем гуляли вместе поодаль от своего ещё недавнего семейника и тихо шушукались. Приёмы пищи на завтрак и в обед также прошли раздельно, по очереди и без слов. Естественно, ни о каких настольных играх и совместных посиделках речи быть не могло. Каждый лежал на своей шконке и смотрел выбранный Иванычем телевизионный канал. Степанов специально решил включить канал «Культура», который прежде никогда не смотрел. И это вместо фильмов и сериалов, которые ещё вчера почти весь день скрашивали быт камеры двести восемьдесят восемь.

Около трёх часовдня в дверь камеры вставили ключи и стали громко открывать замки.

– Ну вот, это уже за мной, – подумал Григорий и спрыгнул с кровати, готовясь встретить известие о переводе в общую «хату». Дверь открылась, и через мгновение в ней оказался огромных размеров молодой парень с несчастным выражением лица и со скруткой под правой рукой. Высокий, темноволосый с короткой стрижкой, с маленькими заплывшими глазками, очень грузным телом, большим животом и тяжёлыми, но пока ещё стройными ногами, он весил, наверное, хорошо за сто пятьдесят килограмм. Его практически силой затолкал внутрь выводной и закрыл за ним с грохотом дверь. Грустный толстяк вздрогнул и стал ещё более несчастным. Гриша на радостях, что это пока пришли ещё не за ним, подошел к парню с широкой улыбкой, забрал его «машку» и водрузил её на свободную шконку со словами:

– Добро пожаловать в «хату» два-восемь-восемь! Проходи, присаживайся за «дубок» и чувствуй себя, как дома.

Иваныч с Валерой настолько опешили от такого поведения Гриши, что некоторое время находились в ступоре. Первым пришёл в себя считавший себя старшим в хате Степанов. Соблюдая тюремный этикет и положуху, дождавшись, когда новичок усядется на скамейке и выпьет предложенный Гришей стакан воды, он начал опрос.

– Меня зовут Владимир Иванович, это Валера и Григорий. У нас у всех статья сто пятьдесят девять – мошенничество. А как тебя зовут, и какая у тебя беда?

– Меня зовут Руслан Ильин, – чуть ли не хлюпая носом от слёз, начал он. – У меня редкая статья – триста двадцать два точка один, пункт два.

– Это что за статья такая? – недоумевая, переспросил Валера.

– Организация незаконной миграции, совершенная группой лиц по предварительному сговору, – грустно ответил Руслан.

– У тебя прямо как от стены отскакивает название! Выучил что ли? – весело подметил Валера.

– За последние девять дней название этой статьи и её полный текст я слышал чаще, чем своё имя. Выучишь тут.

– А где ж ты организовывал эту самую незаконную миграцию? – улыбаясь, спросил Иваныч.

– В Бутово… – грустно ответил Ильин.

– Где? – в один голос закричали остальные присутствующие и громко засмеялись.

– В Бутово! – несмотря на смех, продолжил Руслан. – Я там работал менеджером по приёму жалоб от населения в управляющей компании по ЖКХ91.