Онлайн книга «Презумпция виновности»
|
– А старого куда дели? Где Борисыч? – с любопытством спросил Гриша. – «Качок»?! Уволили тоже, вернее не продлили с ним контракт! С Валерой Ивановым – нашим отрядником – тоже не продлили…. Жаль, хороший мужик был. – Да, ты что?! С Валерием Викторовичем?! – изумился Тополев. – А он-то чем им помешал? Вообще безобидный человек был. Более того, отзывчивый и очень порядочный. – Вот за это, наверное, и распрощались с ним. А потом он возрастной был, а сейчасв колонии в основном молодёжь. Да, Лернер и Дима Уляницкий уехали на посёлок, в Пензу. – Это я знаю, Переверзев рассказывал, – подтвердил Григорий. – Миша Мурман умер в больничке в ИК-1 в Тамбове, слышал? – Да ладно! Как умер, почему? – ужаснулся Гриша. – Когда?! – Подробностей не знаю. В начале лета его увезли на «единичку», и довольно скоро оттуда пришла скорбная весть. – Очень жалко мужика! – расстроился Тополев. – Он такой классный был и сидел ни за что… – Матвею Жмурину два года суд скинул от его срока, но, естественно, прокуратура подала апелляцию, так что пока сидит тут. – А Нугзар Шарашидзе как, не знаешь?! – спросил Григорий. – А кто это? – Челентано! – А-а-а! Так бы сразу и сказал! Освободился в конце октября по звонку, и его сразу же депортировали в Грузию. – Это хорошо. Я переживал, что ему ещё добавят срок за старые грешки, или в лагере куда-нибудь встрянет и тоже добавят. – Соболева Женю сняли с завхоза 8-го и перевели на работу дневальным в комнаты длительных свиданий, – продолжил рассказывать новости Ретунский. – А кто ж теперь завхоз показательного отряда? – Дэнчик Мусатов! – с большим уважением произнёс парикмахер. Гриша промолчал, зная за Денисом грехи и слабости к молоденьким мальчикам, подумав, что это не лучшая кандидатура, но у них отношения складывались ровно, без ссор и скандалов, поэтому проблем с Мусатовым у него быть не должно. – Денис Симункин, ты его ещё называл «Граф», и Серёга Яковлев – «Матрёшка» прошли суд на УДО сегодня, так что недели через две пойдут домой. – Это отличная новость! Рад за них. Что, начали по УДО отпускать? – Да. Начали. С приходом нового начальника, у него, кстати, кличка «Болт» от фамилии Болтнев, многое в лагере изменилось в лучшую сторону. В первую очередь отношение администрации к зэкам стало уважительным и ровным. Никто не орёт на тебя, все вежливые до поносу, бить перестали дубинками. Даже «Патрон» и Кравинец подобрели на глазах. – А питание в столовой? – спросил ради интереса Григорий. – Не узнаешь! Супы наваристые с кусками мяса, котлеты, сосиски, рыба жареная, селёдка большими кусками, свежие овощи… самое главное, теперь на «промке» появился цех по приготовлению шашлыка, кур гриль и сосисок в тесте. Если есть деньги на счету, то можно всё это покупатьофициально через магазин горячим, прямо с пылу с жару. А скоро, говорят, ещё и лимонад начнут в столовой за деньги разливать. В общем, не зона, а санаторий у нас теперь, только плати! – А зарплату-то на «промке» подняли работягам или, как прежде, при Бойко, копейки платят? – Вроде подняли, но ненамного. Я точно не знаю. Это ты лучше у Переверзева спроси – он теперь на месте Лернера трудится. Очень важным стал, но всего боится – УДО у него скоро, – сказал Ретунский и громко рассмеялся. В старое здание карантина этапников привели уже почти перед самым отбоем. Туда же пришли довольно свободно, не шугаясь мусоров, блатные и принесли заварить-закурить и конфеты. Снова агитировали новичков не заправлять кровати и идти на чёрную сторону. Переночевали на жёстких кроватях в прохладных камерах ПФРСИ. Гриша тут же вспомнил Бутырку и их людскую хату – также жёстко было спать и очень холодно. Наутро никто из дубаков не устраивал разборок по поводу заправки шконок, а просто разделили по камерам на тех, кто хочет заправляться и тех, кто наслушался блатной романтики. |