Книга Презумпция виновности, страница 383 – Макс Ганин

– Хорошо, – заскрипел выкипевший по дороге Артём и открыл замок. – Хочешь по правилам, давай по правилам, – и ушёл. Дойдя до коридора, он громко выкрикнул: «Уборка! Все на улицу!»

Гриша продолжал сидеть на кормокухне и есть творог со смешанными чувствами. С одной стороны он победил, с другой – он понимал, что это месть «Ушастого», и она только начинается, и следует ждать следующего удара. Творог уже не лез в горло. Снова зашел Игорёк и спокойным тоном передал требование властей: «Как доешь, выходи на улицу. Идёт уборка помещения».

– Значит, мыть полы или мести веником он меня заставить не решился, – подумал Гриша. – Это уже хорошо. Он не дурак и прекрасно понимает, что тогда я уже сам перейду в атаку, и плохо от этого будет нам обоим, а он этого явно не хочет. Значит, будет гадить исподтишка и не воткрытую. Побздехивает меня всё-таки. Это чудненько. Ну что же, к этому я готов.

В этот же день, в пятницу 2 сентября, Тополева вызвал к себе начальник колонии Ашурков по заявлению о приёме по личным вопросам. Звонок с вахты и крик дневального: «Тополев к начальнику!» прогремел в отряде, как гром среди ясного неба. Весь актив барака напрягся и с подозрением уставился на Гришу. Даже «Ушастый» вышел из своей каморки посмотреть на происходящее. Григорий быстрым шагом дошёл до вахты и представился дежурному помощнику, тот, не дослушав доклад, махнул рукой и сказал: «Иди, тебя уже ждут!». Постучав в кабинети дождавшись разрешения войти, Тополев открыл дверь и, снимая феску, зашёл. Ашурков сидел во главе большого Т-образного стола и читал лежавшие перед ним бумаги. Гриша поздоровался.

– Чего хочешь? – начал без прелюдий он.

– Хочу получить ваше разрешение отправить ходатайство в суд закрытым письмом, – чётко и основательно доложил Григорий.

– Почему закрытым? – удивился начальник и оторвался от чтения.

– Потому что у меня есть внутренняя уверенность, что колония меня не поддержит, и поэтому именно сейчас хочу отправить своё письмо, чтобы не терять время, а то скоро моё так называемое лечение закончится, и вы отправите меня обратно в ИК-3. А там по 80-ой статье не отпускают совсем.

– Отправляй! Это твоё право, тебе никто не мешает, – великодушно разрешил Ашурков.

– В том-то и дело, что я отправляю, а мне сперва Новиков, а потом Карпик вернули письмо и сказали, что только через комиссию.

– Правильно сказали. Если отправишь закрытым письмом, то мы тебя сразу же и переведём обратно в твою колонию третью, а ходатайство твоё суд автоматически переведет в Рассказово. А если через комиссию, то у тебя хотя бы какие-то шансы будут. У тебя взыскания есть?

– Да, три с централа и одно с «тройки». В ближайшие дни все погаснут автоматически, так как я год без взысканий отходил.

– А поощрения?

– Одно пока. У вас в июле получил за концерты и отличное окончание ПТУ.

– Вот видишь, значит, колония тебя не поддержит. Должно быть на одно поощрение больше, чем взысканий. Но если ты обратишься к адвокату и заплатишь ему, ну, скажем, тысяч 70, то шансы у тебя станут неплохими. При этом ты больше не влипнешь в какую-нибудь историю и не схлопочешь взыскание.

– Сам не влипну, Алексей Юрьевич, только если особо сердобольные не помогут.

– Ну, вот тогда через отрядника выходи на комиссию и жди суда. Пройдёшь – поедешь домой, не пройдёшь – досидишь до звонка и тоже домой. Срок у тебя небольшой, ждать недолго осталось.