Книга Презумпция виновности, страница 28 – Макс Ганин

– Давайте я вам телефоном подсвечу, чтоб легче было ключом попасть! – игриво предложил Григорий.

– Каким ещё телефоном? – удивленным, но при этом железным голосом вскрикнул капитан и уставился на сопровождаемого. – У тебя что, телефон остался после обыска?

– Нет, нет, я пошутил, у меня его ещё вчера отобрали.

– Я тебе сейчас устрою шуточки резиновой дубинкой промеж глаз! – злобно отреагировал сотрудник конвоя.

– Да шутит он, шутит, Петрович! Наверное, только арестовали, первый раз едет, не ругайся! – вступился за Григория один из арестантов. – Ты так больше не шути, – на сей раз обратился к Грише его новый сосед, – а то нарвешься как-нибудь на конвой с плохим чувством юмора, и огребешь по полной, а эти ребятахорошие, мы с ними не первый раз уже катаемся на суды. Петрович вообще красавец!

После этой фразы капитан успокоился и быстро открыл наручники. Тополев сел на лавку, дверь в камеру с лязгом закрылась.

Соседями новоиспеченного заключённого оказались разговорчивые и довольно интеллигентные люди. Они поздоровались и представились. Одного из них звали Валера Чурбанов, а второго – Алладин Мамедов, он был по национальности курд. Оба ехали из Таганского районного суда с «продленки»9. Оба сидели на Бутырском централе на БС10.

– Ну, а у тебя что за беда? – поинтересовался Валера.

– Арестовали меня вчера в ресторане «Иль Помидорро» за то, что у должника деньги своей компании хотел получить.

– Какая беда – это означает, какая у тебя статья? – пояснил Валера.

– Статья 159, часть четыре.

– А ущерб какой, сколько с тебя терпила просит?

– Потерпевший хочет 2 миллиона 400 тысяч рублей, а «приняли» меня с пятьюстами тысячами.

– А где приняли?

– На улице Садовнической, 54.

– Тогда у тебя будет Таганский суд, и, скорее всего, тебя привезут в Бутырский СИЗО к нам.

В этот момент дверь автозака открылась и старший смены велел перебираться в другой автомобиль, побольше. Пассажиров поодиночке, снова надевая наручники и пристегивая к сопровождающему, стали выводить на улицу к стоявшему в 10 метрах от Газели, огромному КамАЗу. На этот раз Гриша почувствовал, что подниматься по приставной лестнице было очень тяжело, особенно в наручниках. Одной рукой он был пристёгнут к сотруднику ФСИН, поэтому не мог схватиться за поручень на кузове, и конвоир втащил его практически силой в кабину автозака. Другой открыл фигурным металлическим ключом засов на решетчатой двери, после чего открылась маленькая щелка в камеру – не более 30 сантиметров, где уже сидели Валера и Алладин. Перед входом с Григория сняли наручники и, нагнувшись, чтобы не задеть головой потолок, он просочился вовнутрь и сел на железную скамью напротив других пассажиров. Ключ снова провернулся три раза, закрывая решетку за этапируемыми. В этом замкнутом бронированном помещении были две большие камеры для содержания арестантов по 10 человек в каждой и три одиночных камеры. А также ряд приставных стульев для конвоя. Свет в автозаке практически не горел, одна тусклая лампочка еле освещала пространство.Внутри было тепло, а через вентиляционное отверстие в потолке поступал свежий воздух. В кабине водителя были кнопки управления кондиционированием, освещением и связью. В общем, как показалось Григорию, вполне современная техника.