Книга Презумпция виновности, страница 255 – Макс Ганин

– Я слышал, что на чёрной стороне в «обиженку», в основном, попадают фуфлыжники, проигравшие в карты. Это правда?

– Бывают и такие, но в основном насильники и педофилы. За долги в «петушарню» загнать нельзя, если только ты жопой не расплатился. В основном должников «на тряпку» бросают – в вечные уборщики помещений или, в лучшем случае, в «шестёрки» – мальчиков на побегушках при блатных.

Вскоре пришёл Коля с целым мешком продуктов и отправил Серёжу чистить картошку. Сам снял с себя зоновский клифт196, надел шорты и лёг на соседний шезлонг рядом с Гришей загорать. Тополев последовал его примеру и тоже, оставшись в одних трусах, лёг на живот и подставил спину жаркому солнышку.

– О чём болтали? – спросил Косенко, зная за своим подчиненным любовь к трёпу.

– Мне лекцию об «обиженных» прочитали.

– Интересная тема. Непростая, – очень серьёзно начал Николай. – Зона – это как срез общества. Здесь есть своя элита, свои работяги – то бишь пролетариат, свои бойцы – или армия, ну и, конечно же, свои люмпены, бомжы или, проще говоря, сброд. Без каждой из этих составляющих невозможно существование общества. У всех свои задачи, цели, обязанности и права. К примеру, кто, если не «обиженные», будут мыть отхожие места? Кто будет залезать с головой в канализационный колодец и прочищать его от говна? Кто будет делать всю грязную работу на зоне, если не они? Или наоборот – кто имеет право решать судьбу человека в тюрьме, как не вор или очень авторитетный человек? Всё, как и на воле, только в гипертрофированном виде.

– Слушай, а это правда, что Стас вместе с бандой малолетних убийц больше шестидесяти человек порешил?

– Конечно! У нас в девятом отряде есть такой персонаж по кличке Ушастый. Ты ему ещё свои вещи давал стирать в их стиральной машине за пачку сигарет.

– За две пачки, – поправил «Космоса» Гриша.

– Вот гнида! Есть же расценки. Стирка стоит одну пачку «Явы», а он с тебя, небось, ещё и «Парламент» брал.

– Точно!

– Я ему устрою!Он тебе вернёт сигареты. А стираться сюда носи. Видел, какая у меня стиралка? Новая совсем. В июне только купил.

– Спасибо, – поблагодарил Гриша. – Так что там с Ушастым?

– Он тоже с малолетки к нам заехал с червонцем. На нём убийство двух журналистов висит. Но он не убивал. Этих писак завалил один тамбовский авторитет очень известный – ему ещё старинная баня в центре Москвы принадлежит. Так вот, чтобы самому в тюрьму не садиться и вопрос раз и навсегда закрыть, он договорился с Лёшей Ушастым, чтобы тот признался в их убийстве. Ему, как несовершеннолетнему, больше десятки не дали, а авторитет его семье денег отвалил нехило и ещё греет Лёшу на зоне щедро. Блатные про него в курсе и не трогают его, мусора тоже многое позволяют и особо не придираются. У Ушастого всегда хорошая мобила на руках, жратвы от пуза, да ещё и от девок отбоя нет.

– Это как? – встрепенулся Гриша и даже приподнялся на руках с лежака.

– Ушастый знакомится через интернет с женщинами старше него на разных сайтах знакомств. Он парень смазливый, биография у него неординарная, вот они его все и жалеют. Приезжают к нему на свиданки короткие, а там он уж их убалтывает на свадьбу.

– Да ладно?! – с восторгом воскликнул Григорий.

– Вот тебе и ладно! Он в лагере уже года четыре, как с малолетки перевёлся, так у него уже пять жён было! Последняя вообще была генеральным директором тамбовской радиостанции. Правда, она была старше его лет так на пятнадцать, и любила его как ребёнка. Ездила к нему постоянно на длительные свиданки трахаться, передачки отправляла богатые, деньги на телефон клала помногу. Ушастый, как последний мудак, все их проигрывал у букмекеров, но жил красиво.