Книга Презумпция виновности, страница 116 – Макс Ганин

На втором судебном заседании адвокат Степанова объявил ему стоимость своих услуг в размере полутора миллионов рублей. Иваныч, естественно, отказался и попросил назначить ему государственного бесплатного защитника. Его молодая жена в перерыве заседания дала ему понять, что если приговор будет суровым, то ей будет очень тяжело дожидаться его и вообще ходить на каждое заседание она не может и не хочет. Из-за этого настроение у Иваныча было совсем похоронным.

Валеру возили в Таганский суд на очередную «продлёнку» и увеличили срок ареста ещё на два месяца – итого в сумме на девять. По возращении он уже был не таким весёлым, как прежде. Русику адвокат обещал,что в лучшем случае суд состоится не раньше марта, и сидеть ему придется ещё год. От этих новостей он окончательно сдался: большее время дня лежал на шконке и страдал. Так что в камере единственным весёлым и неунывающим оставался Гриша, чем жутко выводил из себя Валеру и Иваныча, которых ко всему прочему ещё угнетали участившиеся в последнее время шмоны в камере.

Последний обыск вообще длился более трёх часов. На это время всех сокамерников перевели во внутреннюю сборку БС – такую же маленькую камеру, только абсолютно пустую Одни лишь стены, пол и потолок – даже окон не было и внутреннего освещения. Маленький лучик света попадал на пол из открытого глазка двери, через это же отверстие поступал кислород. Внутри было сыро и одновременно душно. Камера одной стеной соседствовала с душевой, поэтому сырость и влага проникали сюда, впитывались в штукатурку и потолок и выходили наружу чёрным грибком с характерным запахом. Часы в этом помещении казались днями.

Вернувшись в свою «хату», постояльцы застали её в разобранном – в прямом смысле слова – состоянии. Пять режимников, проводивших обыск камерного помещения, постаралась на славу: разобрали бачок унитаза, а сам унитаз оторвали от постамента, сорвали шторку с петель, оторвали вентилятор от воздуховода, сняли раковину. Холодильник лежал на боку, а все внутренности вместе с продуктами разбросаны по всему пространству «хаты». Шконки отодвинуты от стены, бельё со всех кроватей стянуто и брошено к окну, подушки и матрасы собраны в одну кучу, посуда, некогда красиво расставленная в металлических ячейках на стене, теперь валялась в куче с вещами жителей этой когда-то прекрасно убранной камеры. Дверь закрылась, и четверо бедолаг приступили к процессу восстановления их жизненного пространства. Когда собрали и водрузили на место холодильник, обнаружили, что главная цель шмона не была достигнута – телефонная трубка найдена не была, поэтому с такой злостью и остервенением режимники крушили всё на своем пути.

– Значит, стукачей в «хате» нет! – констатировал Иваныч, посмотрев в глаза каждому из присутствующих. Стало немного легче. До отбоя успели привести всё в порядок после незваных гостей, поменять бельё на новое, а старое застирать в кипятке. Работали дружно и сообща.

25 декабря 2014 года с утра ничто не предвещалокаких-либо событий. Гриша, конечно, каждый день ждал, что к нему с допросом придёт следователь или вызовут его к адвокату, которого уже давненько не было. Но почему-то сегодня он не ждал никого. И вот, в половине первого «тормоза» открылись, и прозвучало нежданно-негаданно: «Тополев, по сезону!».