Онлайн книга «Яд изумрудной горгоны»
|
Флакон с золотой змейкой тоже не нашли, но Кошкин пока не понимал, считать его уликой или нет. Как-никак, единственная, кто вовсе упоминала флакон – Люба Старицкая. И поди разберись, это буйная фантазия юной барышни, намеренная ее ложь или же все прочие действительно не заметили столь интересную вещицу? С не по годам развитыми, смышлеными и наблюдательными воспитанницами институтов благородных девиц Кошкину встречаться уже приходилось, так что он допускал и последнее. Словом, с флаконом больше вопросов, чем ответов, но вот револьвер, точнее его отсутствие – это улика номер один! * * * Весь высший офицерский состав давно уж разъехался – и отец Фенечки Тихомировой,и генерал Раевский. Даже доктора Нассона не было, хотя Кошкин и рассчитывал задать последнему пару вопросов. Не успел он, однако, порадоваться, что и Шувалова нет, а значит, выволочки покамест получится избежать… как Его сиятельство граф вырос будто из-под земли. С замечанием, сказанным самым серьезным тоном: – Выглядите вы что-то не очень хорошо, Степан Егорович. Никак болеете? – Голова… немного побаливает, – не стал он отрицать, снова чувствуя жгучий стыд. И не зря. Глаза Шувалова оставались серьезными, и он недобро хмыкнул: – В вашем-то возрасте любые гульки должны быть, что с гуся вода. А поутру огурцом – и на службу. А у вас голова… Эх, молодежь! – Простите, виноват, – сквозь зубы процедил Кошкин. – Виноват… – передразнил Шувалов. – Раз здоровьем слабы, то и живите соответствующе – с женою живите, с детьми и без лишних потрясений! – Сватать меня снова не надо, Платон Алексеевич, обойдусь, – из-под бровей глянул на него Кошкин. – Сватать вас я и не собираюсь. Много чести. Шанс я вам давал, и девушку хорошую нашел. А вы тот шанс профукали и девицу погубили3! Так что теперь сами, как хотите, так и крутитесь. Шувалов приблизился на шаг, и его синие глаза стали ледяными: – Главное, не воображайте, что добились всего, чего могли, и теперь можете до старости почивать на лаврах. Как взлетели – так и свалитесь, оглянуться не успеете. – Понял, Платон Алексеевич, – пробормотал Кошкин, совсем уж раздавленный. – О деле лично мне докладывайте. Генерал Тихомиров – мой старинный приятель, я ему пообещал, что злодея из-под земли достанем. Шувалов зашагал к экипажу, не ответив даже на прощание, а Кошкин жалко огляделся. Слава Богу, никого более поблизости не было, и выволочка осталась без свидетелей. Выволочка вполне заслуженная. Кошкин понимал это и, пока плелся к собственному экипажу, сам себе клялся, что подобного не повторится. А еще вспоминал, где оставил свое пальто, потому как к утру заметно похолодало. Пальто так и не нашел, зато внутри служебного экипажа, на котором он сюда явился, в самом углу обнаружил плед, накинутый на спинку сидения. Кошкин потянулся уж рукой, чтоб закутаться, но тут ему показалось, будто плед шевельнулся. Сам собою. Кошкин моргнул. Тряхнул головой. Дотронулся и медленно стянул плед. Под ним, забившись в угол, оказалась девушка. Красивая. Смуглая,с точеными скулами, черными растрепанными волосами и заплаканными ярко-зелеными глазищами. В оборванном платье с голыми плечами. – Помогите… помогите, господин… – чуть шевеля губами, произнесла она на очень плохом русском. Кошкин застыл на месте. Подумал, что с его гулянками точно пора завязывать. Моргнул еще раз, но девушка никуда не исчезла. Тогда он отшатнулся, вышел наружу, чтобы позвать Костенко или хоть окрикнуть возничего – но незнакомка бросилась через весь экипаж, цепляясь за его руки: |