Книга Убийство цвета «кардинал», страница 59 – Людмила Киндерская

— Так, может, надо было сходить, кофе выпить? — равнодушно спросил Хлопонин, скосив на Полю глаза.

— Не надо было. Мужчина не при деньгах, поиздержался на жизненном пути. Пойдем лучше, а то я что-то замерзла.

Она решительно взяла Игоря под руку.

Сначала она по привычке попыталась думать об Одинцове, анализировать их встречу и ее новые непонятные чувства к нему. Но вдруг поняла, что ей эти мысли надоели и гораздо интереснее слушать Хлопонина и обсуждать с ним ее планы посещения «Кардинала».

Полина отпросилась у Михальчука — «на пару часиков, очень-очень нужно». Тот ворчал, говорил, что все распустились, что если нету работы, то он подкинет, но в конце концов разрешил.

Силиверстова ехала на встречу с генеральным директором «Кардинала» Стасом Вавиловым. Секретарша никак не хотела записывать Полину к нему на прием. Он, видите ли, слишком большая фигура, чтобы встречаться с рядовым сотрудником «Мего». Для этого, мол, есть сотрудники рангом пониже. Пришлось задействовать все аргументы, Полина сама удивилась собственной напористости, и рандеву все-таки было назначено.

Она вбежала в фойе «Кардинала», в стеклянном лифте доехала до нужного этажа и торопливо потянула на себя дверь.

Секретарша медленно осмотрела ее с ног до головы, за-держала взгляд на правом глазе — видимо, синяк все-таки виден, — попросила паспорт и долго сличала фотографию с оригиналом.

Наконец, поведя недоуменно плечами, пригласила Силиверстову в кабинет. Стены кофейного цвета, тяжелые золо-тистые шторы, низкий диван пастельного тона и роскош-ный камин, отделанный мрамором. Пахло сандалом и немного табаком.

Около овального стола стоял хозяин кабинета.

Полина увидела его и замерла.

Станислав Вавилов был хорош собой и, судя по слегка надменному выражению лица, прекрасно об этом знал.

Он был настолько ухожен, что казался ненастоящим: выбритые до синевы щеки, тонкая полоска усов а-ля Ретт Батлер, тщательно уложенная прическа. Из-под рукавов пиджака выглядывали роскошные запонки, которые скрепляли кипенно-белые манжеты рубашки.

Но не это заставило Полину замереть, а то, что однажды она уже встречала этого человека.

Память услужливо нарисовала картину: раннее утро суб-боты, Поля приоткрыла глаза и увидела комнату, залитую сдержанным солнцем бабьего лета. Сон как рукой сняло. Силиверстова заварила кофе и спохватилась, что дома нет ни кусочка хлеба. И сразу захотелось бутерброда с бородинским хлебом, сливочным маслом и докторской колбасой. Прямо на домашний спортивный костюм она накинула старую ветровку, небрежно заколола волосы — «да никто не увидит, я же быстро: одна нога тут, другая там» — и выскочила из дома.

И конечно же, встретила нескольких знакомых и бывшую одноклассницу, которую не видела лет десять. Та была в легком светлом плащике,короткой юбке и туфлях на шпильке. Поля ринулась за стеллаж с выпечкой и стояла там до тех пор, пока одноклассница с тортом в руках не вышла из магазина.

В сквере, как назло, тоже было многолюдно, и Полина дала себе слово больше никогда вот так вот наспех не выходить на улицу. Даже мусор не выносить. Она свернула на небольшую тропинку и увидела идущую навстречу пару. Мужчина хохотал, показывая идеальные белоснежные зубы. Женщина тоже засмеялась и игриво хлопнула его по руке букетом из разноцветных листьев. Мужчиной был Стас Вавилов, а женщиной — умница и красавица, гроза финансового отдела фирмы «Мего» Юлия Павловна Холодная.