Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 153 – Аманда Скенандор

Он обернулся. Тусклый свет с дорожки отбрасывал косые тени на его лицо.

– И это плохо?

– Не плохо, просто… раздражает.

Он сбросил пиджак, поднялся по двум разделявшим их ступенькам и накинул пиджак ей на плечи. Тот был теплым и пах им – мылом, сандаловым деревом и мазью. Воротник из камвольной шерсти щекотал ее шею так, словно это были его поцелуи, которые ей привиделись.

– Я не знаю, почему не могу держаться подальше от тебя, Полли, – заговорил он.

– Я не знаю, почему не позволяю тебе.

Он пристально посмотрел на нее с напряжением, подходящим для кинофильма. Она представила, как режиссер говорит: «Вот это взгляд! Давайте увеличим подсветку и приблизим».

Чарли когда-то тоже смотрел на нее с таким желанием, не так ли? Мириэль не смогла представить себе эту картинку. Даже форма и пестрый оттенок глаз мужа были размыты в ее сознании.

«А теперь, Фрэнк, наклонись и поцелуй ее», – сказал бы режиссер.

Мириэль затаила дыхание. Как по команде, Фрэнк подошел ближе. Как раз перед тем, как их губы встретились, на дорожке послышался шорох велосипедных шин и топот ног. Они быстро отстранились друг от друга и посмотрели в ту сторону, откуда доносился шум. Танцы, похоже, закончились,и последние из завсегдатаев вечеринок тащились к ним. Они курили, смеялись и потягивали пунш из чашек, которые стащили из зала отдыха. Некоторые направились к своим домам. Остальные, либо слишком пьяные, чтобы найти дорогу домой, либо намеревавшиеся веселиться всю ночь напролет, приблизились к Мириэль и Фрэнку. Билли и Роза были среди них.

– Фрэнк, – промямлил Билли. – Ты как раз тот парень, которого мы искали. Прокрути нам несколько пластинок на своем фонографе, хорошо?

Фрэнк взглянул на Мириэль, затем снова на небольшую толпу.

– Поздновато для этого, тебе не кажется?

– Еще даже не полночь, – возразил один из них. – Марди Гра еще не закончился.

– Я устал, – настаивал Фрэнк, пристально глядя на Билли. – Почему бы тебе не пойти и не поприставать к Айрин.

Но Билли явно был слишком пьян, чтобы уловить намек.

– Она решила лечь пораньше. – Он положил руку Фрэнку на плечо. – Давай, старина. Отказ не принимается.

Фрэнк вздохнул и посмотрел на Мириэль, в его красивых голубых глазах читалось извинение.

– Ты идешь?

Она хотела этого. Безумно. Танцевать с ним, пока все остальные не устанут и не разойдутся по домам, затем начать снова с того места, где они остановились, и наконец поцеловаться. Она вернула ему пиджак.

– Я лучше не буду.

На следующее утро Мириэль проспала завтрак и помчалась в лазарет, чтобы не опоздать на работу. За несколько недель до Марди Гра по колонии распространился грипп, и большинство больничных коек оказались заняты. Женщины интересовались вчерашним праздником, пока Мириэль проверяла их жизненные показатели и подносила таблетки. Она рассказывала о параде и вечеринке по меньшей мере дюжину раз, описывая платформы, музыку, костюмы и еду с мельчайшими подробностями, когда видела, как от этого загораются их глаза.

– Я надеюсь, что в следующем году они устроят еще одну вечеринку, – сказала одна из женщин. – Я сто лет не праздновала Марди Гра.

– Конечно, мы так и сделаем.

Только спустя время, раздавая женщинам завтрак, Мириэль поняла, насколько ошибочны были ее слова. В следующем году не будет никакого «мы». Она уедет отсюда домой к своей семье. Карвилл станет не чем иным, как воспоминанием.